Тренинг уверенности в себе полностью

Режиссер: Карл! Мы не можем этого сде­лать. Нам придется прерывать съемки и возвращаться сюда, если ты скажешь «нет». Это сорвет нам весь график съемок!

Карл: Я не понимаю. У вас нет другой канди­датуры? (Самораскрытие).

Режиссер: Пока нет. Мы не нашли никого столь же подходящего, как ты. Если ты не подпи­шешь, Карл, ты упустишь прекрасную роль.

Карл: Скорее всего, ты прав, Сол, но я все еще хочу немного подумать. Давай посмотрим на календарь. Вы ведь уезжаете 28-го? Я скажу свое решение 23-го. У вас будет пять рабочих дней, что­бы найти кого-нибудь еще, если я скажу «нет». Как тебе это? (Игра в туман, Заигранная пластин­ка, Разумный компромисс).

Режиссер: Это уже более приемлемо, Карл.

Карл: Я уверен в этом, Сол, ведь мне нужно время и тебе нужно время. Это дает нам обоим какой-то выход (Игра в туман, Заигранная плас­тинка, Разумный компромисс).

Режиссер: Ты не оставляешь мне выбора. И это после всего того, что я для тебя сделал!

Карл: Ты прав, Сол, тебе было трудно. Мне бы хотелось сказать тебе, что я подпишу, но я пока не могу этого сделать (Игра в туман, Само­раскрытие, Заигранная пластинка).

Режиссер: Если ты решишь раньше, ты дашь мне знать сразу?

Карл: Конечно, Сол. Как только я приму ре­шение, я сообщу тебе (Разумный компромисс).

Режиссер: Мы рассчитываем на тебя.

Карл: Я знаю, Сол, и я хочу ее играть, но мне нужно немного бремени (Самораскрытие, За­игранная пластинка).

Я был удивлен тем, с какой быстротой Карл овладел всеми навыками и использовал их после небольшого объяс­нения и тренировки, продолжавшейся менее трех часов, и после нескольких бутылок калифорнийского вина. Возмож­но, этой быстротой он обязан своему актерскому таланту. Ему знакомо разыгрывание сцен. Все, что ему надо было, — это выучить новый сценарий. Как оказалось, Карл выучил свою новую роль (более решительного человека) очень хоро­шо. На встрече с режиссером Карл добился того, чего хотел: подписание контракта было отложено. После того как его агент закончил переговоры по поводу второго фильма, они оба решили, что второе предложение лучшее, и выбрали его. В результате Карл провел шесть месяцев на тропическом острове, работая с настоящей «звездой» и учась у него (но слово, данное первому режиссеру, — сообщить свое реше­ние к указанному времени — он выполнил).

Хотя успех Карла удивителен и о нем приятно рассказы­вать, вы можете спросить, как мой нью-йоркский издатель (и сам Карл во время нашей «репетиции»): «Соглашайся, соглашайся! В чем дело в конце концов?» Я инструктировал Карла (как и в главе о Заигранной пластинке), чтобы он отвечал одинаково на все, о чем его спрашивают. Пример такого поведения в следующем коротком диалоге:

Сол: Карл! Что, черт возьми, тебя держит? Со­глашайся, соглашайся! В чем дело в конце концов?

Карл: Я понимаю, Сол, ты хочешь, чтобы я ответил сейчас, но я не могу подписать контракт до 23-го.

С о л: У тебя есть другие предложения? В этом все дело?

К а р л: Я понимаю, что тебя беспокоит возмож­ность этого, Сол, но я не могу дать тебе ответа до 23-го.

В этом диалоге Карл успешно пользовался ответом, по­строенным по типу Заигранная пластинка.

В следующей серии диалогов мы увидим, как можно разре­шать проблемы, связанные со сферой публичных выступлений.

Недавно одной моей хорошей знакомой и коллеге мисс Сьюзан Левайн предложили прочесть двухчасовую лекцию на собрании Национальной ассоциации работников социальной сферы. Хотя Сью просили рассказать, как научиться отстаи­вать себя, сам предмет ее лекции — ассертивная терапия — не есть тема диалога. Тема нашего диалога — как комфортно чувствовать себя на публике (на сцене, кафедре...).