— Все уже знают. — недовольно ворчит он: — «не ударьте в грязь лицом». А как? Только если чудо какое сотворим. Это ж «Крылышки». Кто мы супротив них? Что плотник супротив столяра, как вон, классики говорят. Витька, ты если облажаешься, то лучше даже на работу не показывайся потом, самолично тебя грохну. Ты партийный? Нет еще… жаль, а то бы тебе и комитет заводской хвост накрутил, чтобы не расслаблялся…
— Да ладно вам, Валерий Сергеевич. Справимся. — говорит Виктор: — в худшем случае что с нами произойти может? Все равно все ожидают что мы проиграем. Хотя бы сопротивление достойное покажем. И вообще, первой шпаге Парижа стоит опасаться не второй шпаги Парижа, а темной лошадки из провинции, про которого никто ничего не знает. Это им тяжело будет играть — поле боя наше, болельщики все за нас будут, даже те, кто Комбинат недолюбливает — все равно местная команда против пришлых. Плюс завышенные ожидания к ним, от них заранее будут ожидать, что они прямо чудеса на площадке показывать будут, так что любое сопротивление, которое мы окажем, кроме вот прямого слива матча, — уже наша победа будет.
— Ты мне не выкручивай тут, Витька, не надо. — палец старшего тренера снова поднимается над диском телефона: — тоже мне, Д’Артаньян а все вокруг гвардейцы кардинала. Ожидать от нас может ничего и не ожидают, в смысле — ничего хорошего. Но все надеются. Сколько вы там будете, получается? Ага, завтрак, обед, ужин и снова завтрак, обед… а ужинать уже в городе?
— Там Маргарита Артуровна, наш комсорг договорилась уже и…
— У нас тут спортсменки, а не пионеры. Потребление белка в два раза выше, да и всего остального тоже. Особая диета. Думаешь почему наши девчонки за особым столом в столовой сидят, по усиленной пайке питаются, наравне с рабочими плавильных и горячих цехов? А ты их голодом морить собрался, товарищ Витька…
— Да нормально там кормят. Я ж уточнял…
— В детском летнем лагере? — фыркает Валерий Сергеевич: — не знаешь ты жизни, молодняк. Да там с такими сумками поварихи каждый день домой тащатся… удивительно что вообще что-то остается. Норма питания на ребенка и так на тридцать процентов меньше чем на взрослого, да еще у детей нынче и аппетита толком нету… а у нас спортсменки! И какие! Ты вон на Федосееву взгляни, чтобы такую прокормить — нужно прямо постараться. Больше белков, больше минералов, у нее ж повышенный метаболизм, на таких скоростях даже маленькая Аленка Маслова сжигает немало энергии, а ты представь себе сколько Валька может пожечь? Неет, если хочешь, чтобы автомобиль двигался — будь добр, заправь его качественным топливом… алло! Алло⁈ Столовая⁈ Занято… — он опускает трубку на стол и смеривает Виктора тяжелым взглядом: — кормить наших девчат сами будем, от Комбината. И… сколько там с тобой школьников поедут? Третья школа — наша подшефная, их тоже прокормим. Не хватало еще чтобы дети с подшефной школы голодали на выезде.
— Да не будут они голодать… — говорит Виктор, который искренне считает, что старший тренер «Металлурга» в отношении питания немного палку перегибает, совсем как заботливая бабушка, для которой главное, чтобы ее внучок был сытый и накормленный.
— Растущий организм, Витька. — перебивает его Валерий Сергеевич: — растущий организм знаешь сколько всего требует? Тоже белки, жиры и углеводы. Витамины. Энергию. У нас предприятие замкнутого цикла, мы стране металл круглосуточно даем, так что столовая у нас тоже круглые сутки работает, двадцать четыре на семь.
— Да как мы еду будем в лагерь доставлять? Это что, каждый раз ездить за ней?
— В армейских термосах. Больших таких. Дежурную «ласточку» будем отправлять, три раза в день, ничего страшного, они все равно баклуши целыми днями бьют. В общем за снабжение не переживай Витька, все у тебя будет. Чтобы не тащили с собой вареные яйца и колбасу, которые попом пропадут, а девчата их съедят и будут животами маяться. Алло! Алло! Столовая! Ну наконец-то… — старший тренер женской волейбольной команды «Колокамский Металлург» погрузился в разговор о питании…
