А теперь по порядку. В тридцатых годах немецкая разведка абвер смогла выйти на моего деда, потомка Марка Вальтера, русского немца Михаила Самуиловича Вальтера. Ему предложили работать на Третий рейх, но первым же делом Михаил Самуилович доложил о попытке его вербовки немцами в особый двенадцатый отдел НКВД. На закрытом заседании комиссариата было принято решение о том, что Вальтер согласится на вербовку. Вальтера питали информационными объедками, которые он успешно сливал врагу до той поры, пока не началась Вторая мировая война. Вальтера решили перебросить на обратную сторону, была придумана история: «Вальтера предали, ему нельзя больше оставаться в советской России, иначе его разоблачат и уничтожат». К сожалению, связь с моим дедом была потеряна до самого конца войны.
После образования СССР русское географическое общество «Трепет мира» было преобразовано в другое общество, организацию борьбы с мистификацией, и теперь оно называлось ОБСМ «Трепет». Естественно, никто не знал о существовании организации, лишь избранные могли ознакомиться с её деятельностью. Конечно, иногда по старой привычке люди захаживали в здание с золотистой вывеской «Трепет мира» в целях купить очередной выпуск географического журнала. Слова охранника, дежурившего на вахте: «О, извините, типографии больше не существует» – со временем снизили поток читателей. Одним из руководителей организации был бывший член географического общества Антон Тимофеевич Сорин, в прошлом хорошо знавший моего деда Михаила Самуиловича, ведь именно Вальтер позвал его работать в «Трепет мира». Различные шарлатаны, называвшие себя магами, ведьмами и прочей нечистью, боялись «Трепета» как огня. Ловить мошенников было занятием не из простых, улики вроде хрустальных шаров, карт Таро или спиритических досок вызывали у сотрудников НКВД и других надзорных ведомств смех, а порой и слёзы! До той поры, пока жена наркома НКВД Лариса Павловна не пошла на мясной рынок за свиными рульками для холодца…
Рассказ Маши как будто преобразился в кинофильм, пионеры увидели перед собой снующих туда-сюда людей и старые постройки какого-то знакомого города.
– Призраки, – испугалась Ирина.
– Не бойтесь, это проекция прошлого, вы видите то, что представляю в своей голове я.
– Походит на гипноз, – произнес Йозик.
– Кремль, да это же моя родимая Москва! – восхитилась Александра, узнав столицу. Картинка резко поменялась, и вместо Красной площади пионеры оказались на окраине города.
Это был обычный погожий день, на рынке было многолюдно, Лариса подходила то к одному, то к другому прилавку, пока, в конце концов, не остановилась у знакомого ей продавца Василия, торговавшего свининой.
– Тётка, дай три копейки, – маленький обросший оборванец стоял у прилавка с грязной протянутой рукой, прося милостыню.
– Какая я тебе тётка, цыганский прохвост, невежда, я Лариса Павловна. В этом городе меня знают все и относятся ко мне с почтением!
– Слышал, малой, чеши отсюда! А то подзатыльников надаю! – заругался Василий, боясь, что ребёнок может спугнуть знатного покупателя. Босоногий оборванец быстро покинул место торговли, спрятавшись за пустыми коробками.
Расплатившись с Василием, Лариса аккуратно положила рульки в авоську и пошла к выходу. В этот самый момент к ней подбежал попрошайка и, схватив её за кисть, выкрикнул: «Сохни!» И тут же, отпустив руку, убежал восвояси. Лариса не верила в потусторонние силы, порчу и прочую чепуху, и такая непозволительная шалость со стороны цыганенка вызвала у нее лишь улыбку.
На следующий день дверь ОБСМ слетела с петель и, упав на пол, раскололась на две части. Дверь ногой выбил разъяренный нарком, муж вышеупомянутой Ларисы Павловны.
– Делайте что хотите! Хоть всех магов в городе соберите, но чтобы завтра моя жена была на ногах! – нарком резко развернулся и ушел.
– Лаконично, – с иронией произнес Антон Сорин. Оказалось, что на жену наркома Ларису Павловну навели порчу, за одну только ночь она похудела на тридцать килограммов и теперь весила тридцать пять.
– До завтра не доживет. Чёрная магия, – все как один твердили пойманные маги.
– Вот если бы Вальтер был с нами, эх, – раздосадованно произнес Сорин.
– Антох, Вальтер здесь, – дрожащим голосом сказал Захар Пташка, коллега Сорина. И действительно, Вальтер был здесь. Михаила Самуиловича держали в подземных казематах, предназначенных для особо опасных преступников. После войны Вальтер вернулся в СССР с секретными материалами, но ставка не смогла ему простить долгого отсутствия без телеграмм и, посчитав его за предателя, поместила в заключение.
Сорин не ждал ни секунды, срочно позвонив наркому по защищенной линии.
– Чтооооо? – протянул в трубку нарком. – Да я за разглашение твоего Пташку под расстрел!
– Лариса Павловна учителем Захара была, если помните, он за нее не меньше вас переживает.
– Вот что, Сорин, Вальтера я смогу только на один день выпустить, и то под твою ответственность, никто не должен знать кроме тебя, меня и Пташки. НИКТО, – чуть смягчил тон нарком.
Через час воронок прямиком из казематов вез Вальтера к дому наркома.
