Когда праведник лишается света посреди тёмной тропы, всё что ему остаётся — помнить. Помнить о том, что любая тьма, даже самая непроглядная, всегда отступает перед лучами рассветного солнца. Примечания автора: Текст не проходил редактуру.
Выброс сырой силы из перегруженной нейронной сети на пару мгновений «выбил» меня из тела. Я воочию увидел себя со стороны, падающего на колени, с раззявленным в немом крике ртом и широко распахнутыми глазами.
Зрелище, когда сквозь мои глаза в мир исторгается потусторонний свет, уже не было чем-то удивительным. Зато я наконец-то увидел знак, что пятнал моё лицо повыше переносицы. Выброс энергии смял магическую клетку и просто стёр руну, будто её и не было.
Верёвка, что пеленала мои руки и была перекинута через потолочную балку — обернулась чёрным пеплом. Стражи не успели ничего понять, ударная волна сорвала плоть и кожу с их тел, а затем вмяла в деревянные стены, чтобы затем разрушить и их, взрывая сарай изнутри градом деревянных обломков.
Слуги захватчиков — перестали существовать.
Снаружи властвовала вьюга. Налетевший порыв ветра швырнул в меня снегом и унёс в белёсую темноту чёрные хлопья сажи, подсвеченные изнутри угольками магии. Я пришёл в себя стоя на коленях, со связанными руками и выплясывающими перед глазами разноцветными пятнами.
Примерно метровый круг натоптанной почвы отделял меня от обожжённой и воняющей глины, в которую превратилась задетая выбросом силы земля. Отовсюду шёл пар, искалеченные стены истекали чёрным гноем разлагающихся досок…
Разбитую в щепки крышу наверняка разнесло на много метров вокруг, как, собственно, и большую часть стен.
Вьюга с жадностью голодного зверя накинулась на окружающее пространство, погрузила мир во темноту и заглушила её воющим ветром. Даже я, со своей способностью к ночному зрению, был почти бессилен. Ибо хлещущий по лицу снег существенно затруднял видимость.
Я слышал чужой крик и видел неясную фигуру, которой он принадлежал. Что-то утащило одного из южан в ночь и под прикрытием вьюги — убило. Визгливый крик оборвался много дальше того места, где он впервые потревожил воздух.
Другие тоже кричали, но не всегда их голоса говорили о страхе и боли… гортанные команды доносились до меня сквозь вьюгу, и я понимал, что стоит поторопиться.
В рассыпанной по земле гниющей щепе, я отыскал топор одного из стражей. Рукоять оружия была сломана ровно посередине, причём в ней была полость, залитая свинцом, что, впрочем, не уберегло рукоять от поломки.
С помощью лезвия я быстро перетёр верёвку и избавился от пут. Выброс из нейронной сети формировался на каком-то незначительном расстоянии от моего тела и просто не затрагивал одежду и верёвку на кистях.
Как же приятно было снова ощутить свободу в собственных руках!
Я с удовольствием помассировал кисти стремясь разогреть порядком застоявшиеся мышцы, одновременно наблюдая как в интерфейсе, ползунок отражающий объём внутренней энергии неуклонно ползёт вверх. Освободив руки, я сумел избавиться и от намордника-кляпа, который жутко надоел мне за время плена.
Вьюга была порождением магии и создавала такой фон, что моя нейронная сеть обещала в скором времени вновь сбросить излишки силы в окружающее пространство.
Первым порывом было бежать прочь. Бежать, защищая себя отталкивающим щитом пока не покину эту странную, пропитанную чужой силой зону непогоды. На том же настаивал ИскИн…
Но где-то здесь оставалось янтарное кольцо и меч стража защитника. И если с кольцом я ещё мог расстаться, то меч… бросить сильнейший магический артефакт, я был просто не готов.
Понимая, что мне нужно задействовать все известные знания, путём мысленного запроса я развернул в интерфейсе книгу магии. Произнося слова громким шёпотом, я прикоснулся к лицу правой рукой и прикрыв глаза воспроизвёл первое заклятье:
— Солан’Микт!
Вычитанное в книге егерей колдовство, должно было обострить мою нюх, сделав его подобным звериному. Но вместо этого изменилось моё зрение, а сквозь вьюгу проступило красное сияние чужих фигур. Все они были неподвижны. Вот разорванная лошадь, вот тройка псов, один из которых повис на заборе, а вот и человек, похоже, что это тот самый «крикун», чей крик оборвался совсем недавно.
Не нужно обладать аналитической машиной в голове, чтобы понимать — мой дар изменил и это заклинание. Вместо обострения нюха, я получил в своё распоряжение условный «поиск трупов».
Подобное не стало для меня неожиданностью, на моей памяти большинство заклятий изменяли своим старым свойствам в моих руках. До сих пор исключением был лишь поиск пути и бытовой огонёк, что тратил крохи энергии и помогал разжечь костёр, но и он наверняка был немного иным… просто столь ничтожное заклятье не обладало хоть каким-то серьёзным арсеналом эффектов и функций, чтобы я заметил разницу.
Бросив взгляд на окружающую меня серую хмарь, воющую беззубым ветром и яростно метущую снег, я поднялся с колен и перешагнув остатки стены встал в полный рост. Да, сейчас я был уязвим, но у меня не было выбора. Использование магического щита занимает обе руки, а значит всю подготовительную работу нужно сделать именно сейчас, до того, как я укроюсь за защитным пологом.