В небольшой деревеньке убивают местную ведьму, которая по своей молодости и дурости успела поссориться со всей деревней. Ведьму находит ее однокурсница, решившая навестить подругу на новом месте. Сильно разозлившись она принимает вид весьма страшный и в этот момент ее застает староста деревни, пришедший помириться с дурной девкой. В итоге, увидев труп и страшную незнакомую ведьму весьма злую, он со всех ног кидается вызывать мага с города для разбирательства и чтоб ведьму-убийцу от них отвадили. Прибывает маг и начинается расследование.
Треснутое лето
"Одна из трех лун, в тумане страстей,
уйдет с небосвода в трещине лета.
Солнце укажет путь Звезде".
***
- Господин маг, - бежал навстречу Гинору староста деревни Драконий Мыс, - убили, господин маг! Ведьму подколодную, которую вы нам заслали, убили!
Староста полноватый мужчина, уже в возрасте, нервничал и был явно не в себе. Махнув рукой в сторону места происшествия, а именно жилища местной ведьмы Ялики, он пошел рядом с Гинором, знаменитым магом судейской крепости городка Моржи. Впрочем, довольно быстро он заметно подустал, не успевая шагать.
- И кто? - продолжал вещать мужчина, он уже почти бежал, - другая ведьма подколодная! Злющая, как бешенный дракон!
Гинор поднял взгляд к небу и вздохнул. Только войны ведьм ему тут не хватало. Драконий мыс, славился сварливым людом, но относительно спокойным укладом жизни, и надо же было им такую замечательную статистику испортить. Молодой маг, что там какие-то тридцать пять лет, уже успел всякого навидаться в своей жизни и даже получить высшую степень магии. На его лицензии гордо красовалась звезда Пика, а она была всего-то на пяти лицензиях по всему королевству. Через два месяца Гинор готовился переезжать в столицу. Ему предоставили место ректора Академии магии и ворожбы. Через неделю заканчивается его служба в Моржах, и он даже не мог подумать, что произойдет такое. Ведьм не убивали, наверно лет семьдесят, если не больше.
Гинор шел молча, давая высказаться старосте. Лето перевалило за середину, стояла жаркая погода. Но сейчас было утро и ветер с побережья доносил свежесть и прохладу моря, что очень радовало мага. Сильную жару Гинор не любил.
- Решил я, господин маг, с утречка пораньше к ведьме сбегать, помириться, а то ведь со свету сживет, пигалица! Взял гостинцев с собой, а как же, надо ведьму задабривать! Колбасы копченной, сыров всяких, рыбки дорогой, - тут он не выдержал и остановился, дыша как загнанный зверь. - Господин маг, пойдемте помедленнее! Умоляю! Убийца обещала никуда не уходить, а у них у ведьм слово нерушимо!
Гинор замедлил шаг, а потом и вовсе остановился, давая старосте отдышаться. Бедный мужик весь взмок, пот с него лился как вода после купания. Сразу видно, не привык староста к таким забегам. Остановившись, тот начал с еще большим энтузиазмом выкладывать сведения.
- Так вот, захожу в дом, дверь- то нараспашку, а там другая ведьма как на меня зыркнет, красным глазом! Лицо от злости перекошенное, сама вся дерганная. Я с испуга все подарки уронил прям около дверей, и тут вижу - лежит наша Ялика на полу. Вокруг кровища, и совсем она, ведьма-то наша, мертвая, ага. А эта новая ведьма, вдруг, как гаркнет на меня: "Пошел прочь!". А меня, господин маг, упрашивать и не надо было! Я со всех ног сразу кинулся вашей светлости в крепость сообщать. А ведьма вслед кричала как медведь раненый. Страх-то какой.
- Говоришь, обещала не уходить?
- Обещала, господин маг, обещала! "Беги быстрее! - орала, - Я тут подожду!".
- Интересно.
Жилище убитой ведьмы Ялики представляло собой довольно большой бревенчатый дом, с большими окнами по двум сторонам, остальные стороны были полностью глухие. В этой части дома Ялика сушила травы, хранила снадобья и проводила обряды. Уже подходя к дому Гинор понял, что все плохо. Магического фона не было вообще. Никакого. А ведь Ялика прожила тут больше года и была она довольно сильной ведьмой. Гинор сам ей подписывал дорожный лист о прибытии и о ее уровне знал точно. Как будто кто-то специально все подчистил хорошенько. Прибрал за собой, чтоб ни по порталу, ни по ауре, ни по остаткам магии на него не смогли выйти. Маг досадливо сжал губы. "Ничего. Не мытьем так катаньем, но до сути доберусь", - думал он.
Войдя в дом, мужчины чуть было не споткнулись о сидящую возле порога женщину. Она сидела спиной к дверям, поджав ноги и грызя кусок сыра. Обернувшись, заплаканными глазами посмотрела на вошедших.
- Явились. Наконец-то, - ведьма поднялась с пола. Это оказалась молодая девушка лет двадцати пяти, с длинными каштановыми волосами, зелеными (а вовсе не красными, как уверял староста) глазами. Худенькая и не очень высокая. Ведьму звали Тана.
- Что тут произошло? - сухо поинтересовался Гинор, запоминая все детали обстановки. Убитая лежала посередине комнаты около огромного стола из дерева криз, самого прочного на материке. Стол надо сказать был практически пустой, ничего кроме каменного пестика от ступки, слегка почерневшего, кольца с довольно большим голубым камнем и нескольких книг, одна из которых была раскрыта, на нем не было. На полу около стола, недалеко от тела Ялики, нашлась сама ступка. В крови и в опаленных трещинах. Маг вспомнил, что опалины может оставлять чешуя дракона или василиска. "Не боялась Ялика работать с такими опасными ингредиентами", - восхитился Гинор.
- Убийство, - проговорила Тана, - жестокое, вероломное убийство, - ведьма, закрыв лицо руками тихонько зарыдала.