Третье человечество полностью

Я подозревала, что в концепции этих космических кораблей была допущена глобальная ошибка.

И тогда мне в голову пришла мысль.

Точнее, даже не мне, а ученому по имени Аш-Коль-Лейн, специализирующемуся на проблемах оплодотворения.

Когда я стала терять надежду на то, что люди когда-нибудь построят ракету, способную выйти за пределы поля моего тяготения, Аш-Коль-Лейн бросил фразу: «Подойдем к проблеме с другой стороны. Измениться должны не космические корабли, а инженеры».

Он заявил, что нужно строить такой же корабль, но значительно меньших размеров – это позволило бы увеличить тягу при взлете, уменьшить коэффициент трения об атмосферу и снизить вибрацию.

Так Аш-Коль-Лейн нашел решение.

В то же время специалисты упорно держались за старые модели и схемы, заявляя, что ракету меньших размеров построить не смогут. На что Аш-Коль-Лейн ответил, что если технари нормального роста не могут сделать уменьшенный космический корабль, то для этого нужно привлечь инженеров ростом поменьше.

Его идея пришлась кстати. Будучи специалистом в этой области, Аш-Коль-Лейн предложил создать инженеров-карликов, более пригодных для реализации данного проекта.

Ученые отказались от планов строительства ракет серии

«Лимфоцит» и сосредоточились на лабораторных исследованиях с тем, чтобы сотворить нового человека – меньшего роста и способного построить уменьшенный космический корабль. Благодаря гениальности одного человека, я вновь обрела надежду в один прекрасный день увидеть, как они добьются успеха, чтобы защитить меня от астероидов.

Получив первую яйцеродящую мышь, шестеро ученых из научного центра в Фонтенбло стали семимильными шагами двигаться вперед, экспериментируя с кроликами, свиньями, а затем и обезьянами.

После двух десятков неудач и стольких же умерших подопытных кроликов им удалось добиться, чтобы самка уистити родила не маленькую обезьянку, а «яйцо уистити».

Этот яйцевидный предмет исследователи созерцали со смешанным чувством, испытывая замешательство от того, что заставили природу развиваться в направлении, по которому сама она, по-видимому, никогда бы не пошла. Каждый раз, когда они модифицировали код ДНК очередного подопытного кролика, им странным образом казалось, что они «изобретают» это животное вновь и вновь.

Под руководством Давида и Авроры команда работала в лаборатории день и ночь.

Первая человеческая особь получила название МЧ-100.

Она, опять же, представляла собой яйцеклетку Нускс’ии, оплодотворенную сперматозоидом венгерского лилипута Стефана Липковица. Затем зародыш был помещен в магнитное поле – для его стабилизации – и имплантирован в чрево яйцеродящей самки уистити.

– И все равно, у меня такое чувство, что мы чересчур торопимся и заходим слишком далеко, – вздохнула Аврора.

– А мне кажется, что у нас нет времени на телячьи нежности, – сухо ответила ей полковник Овиц, – иранцы провели испытания новой ракеты дальнего радиуса действия, способной нести на борту ядерный заряд. И провели очень даже успешно.

Яйцо появилось на свет пятнадцать дней спустя. Зародыш внутри не выжил.

Была запущена вторая серия опытных образцов, состоявшая из дюжины эмбрионов, каждый из которых умер в яйце, не протянув и месяца.

С каждой новой попыткой формула, как в игре «Мастермайнд», претерпевала незначительные изменения.

И каждый раз из двенадцати образцов все большему количеству удавалось жить все дольше и дольше.

Параллельно полковник Овиц держала команду в курсе демаршей иранских военных. У нее, казалось, гора свалилась с плеч.