С.В. Соловьев
Третье новое поселение имени Сууваренена
рассказ
Они пришли ночью.
Суумеренг Тусеми, лоймен и глава общины селения Суусасети, что в переводе означает "Щедрость Великой реки", давно ждал этого. Как только в стране было объявлено, что отныне среди жителей Долины нет, и не может быть никаких различий, что все они - единый народ, он понял: скоро начнутся аресты "отличающихся".
Лойменов, "речных людей", в Долинах было не так много - где-то одна шестая от всего населения, и они жили в основном на берегах Суувена и его притоков. Когда-то, ещё до Сууверенена Первого, деда нынешнего правителя, многие жители Долин были лойменами и поклонялись разным аспектам Великой реки; это не считалось чем-то предосудительным: люди помнили, что ещё их прадеды жили у Великой реки и молились её разным аспектам. Сам календарь Долины строился на наблюдениях за Рекой. Сот-суулони - Весенний разлив, когда воды Суувена разливались вширь, питаемые первыми весенними дождями и растаявшим снегом. Мерем-иладан - Дни летнего равновесия, когда Река возвращалась в свои берега и мирно текла через всю страну, прогретая летним солнцем. Дат-суулони - Осенний разлив, когда Суувен раздавался от обильных осенних ливней. Нен-сассиби Начало зимнего сна, когда Великую реку сковывал ледяной панцирь. Гем-сассиби Конец зимнего сна, когда он сходил с её тела... Год делился на пять сезонов, начало и конец каждого из которых знаменовалось народными празднествами. Горожане никогда всерьез не воспринимали обычаи "речных братьев" и пользовались собственным календарем, но празднества по традиции отмечались как государственные.
Сууверенен Первый, дед нынешнего правителя, отменил эту традицию. Появились новые празднества: День рождения Сюзерена, День коронации, День высочайшего брака, День рождения наследника, День присоединения Харрамена... Внук Сууваренена Первого, Сууверенен Третий вновь пошел на "речных людей". Но внук был настроен намного решительней, нежели его дед.
В четвертом году своего правления Сууваренен Третий провозгласил новый курс, новую политику: она называлась "Великое Сплочение", и многие сууварцы поначалу с воодушевлением приняли её. Многим из жителей Долин не нравилось, что одни живут лучшие, а другие хуже; что одни люди считаются высокородными, а другие - низкородными. Если первые имели по десятку селений и земельных уделов с самой плодородной почвой - в приречных районах, то вторые - часто жили на худосочных землях и ничего не имели...
Первой была проведена территориальная реформа. До Сууваренена Третьего страна представляла собою мешанину областей и районов с разным статусом, разной площадью и населением: это были домены царствующей династии, домены других дворянских родов, городские коммуны, сельские общины и общины лойменов. Отныне страна разделялась на провинции, которые непосредственно подчинялись правителю. "Теперь установится справедливость!" - думали наивные, думали мстительные и ленивые.
Шли дни, а справедливость, которая пригрезилась Долинам Суувена, не приходила. Вместо справедливости пришел закон - новый закон, не основывающийся на традиции и старом праве, а исходящий из указаний единственного человека сюзерена из рода Сууварененов. Закон стал обязательным для всех: и его обязательства оказались трудными для многих. Отныне обязательными для всех сууварцев стали лозунги Сплочения: "Одна страна, один народ, один язык, один правитель!" Лозунги выучивали наизусть, их говорили каждый день словно молитву. И скоро по всей стране монотонно звучало: "Одна страна, один народ, один язык, один правитель!" Но лозунги не походили на магические формулы, которые, будучи произнесены, изменяют мир в момент произнесения. Конечно же, "речные братья" не могли кричать такие слова - это противоречило Старой вере, это не давало покоя и радости сопричастности с миром, это ничего не несло, кроме разрушения и бурно растущего страха. Южане не могли за считанные дни заговорить на сууваремском, столичном наречии, как и жители Восточной провинции. Харрамены почему-то не хотели превращения Хвойной страны в простую провинцию и ожесточенно сопротивлялись. Старая, родовитая аристократия не вписывалась в категорию государственных служащих или служащих двора. В сельской местности существовало множество индивидуальных хозяйств, а в городах ещё помнили о самоуправлении. Тогда появился лозунг: "Засеем, освоим, обживем!" Людей, противившихся новой политике или подозреваемых в критическом отношении к ней, насильно пересеяли в глубинные пустынные районы, где образовывались так называемые "новые поселения".
