Родители внимательно меня слушали и, казалось, не верили в то, что я им рассказывала. Но я, как ни странно, уже была не так взволнована и не чувствовала той боли, как после первого раза, когда я всё выкладывала маме. Мой рассказ был больше похож на пересказ какого-то фильма или книги. Что это? Меня так быстро отпустило или я уже всё выплакала?
- А раньше ты точно ничего не замечала? – спросила мама после того, как я закончила свой рассказ.
- Нет. Да я и не думала, что нужно было проверять и контролировать все его действия. И потом, он больше работает из дома, а пока я на работе … В общем, времени у него было более чем достаточно. Да, что уж теперь.
- Мда, не думал я, что мой зять окажется таким …. Не похоже на него. Странно. Но, тут я с мамой полностью согласен – вам нужно поговорить. Может есть какое-то объяснение?
- Есть у него объяснение или нет, но я своё решение не поменяю! Я больше не хочу жить со лжецом и предателем! Хорошо, что у нас нет ни детей, ни «плетей»… не нужно будет ничего делить – быстрее разведут.
- Ну-ну, Марьюш, - папа погладил меня по руке, а затем её аккуратно сжал, показывая мне свою поддержку. – Тут только тебе решать. Тебе и никому другому. А мы с мамой всегда рядом – не забывай это.
Я чувствовала, что ещё чуть-чуть и я опять разревусь. Значит не всё ещё отболело. Глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от подступившего к горлу болевого спазма, решив не расстраивать родителей ещё больше и, извинившись, вышла немного походить по участку, подышать свежим воздухом и успокоиться. Нужно было морально себя подготовить к встречи и объяснениям с мужем. Родители правы, поговорить придется, хотя, это уже ничего не изменит.
Не знаю, что ему сказал папа, но ни этим вечером, ни ночью Ильинский не приезжал.
Утро воскресенья было тёплым и солнечным. Я уже была полностью почти спокойна и готова к разговору.
Всю первую половину дня мы занимались обычными воскресными делами. Нужно отдать должное родителям за то, что они не заводили разговор ни о произошедшем, ни о предстоящей встрече и разговоре с мужем.
Ровно в два часа дня к дому подъехала машина, из которой вышел мой муж. Я встретила его у ворот и не здороваясь, только кивнула на его приветствие, провела его в сад, где мы и расположились для объяснения.
Какое-то время сидели молча и сверлили друг друга глазами. Он - взглядом побитой собаки, я - презрительного безразличия. Мне уже было всё равно, что он скажет. Для себя я всё решила, но, как сказала мама, нужно было дать ему возможность «последнего слова».
Он встал, походил туда-сюда, затем сел и попытался взять меня за руку. Я отбросила его руку. Было заметно, что этот мой жест доставлял ему боль, но других попыток дотронуться до меня он не предпринял.
- Прости меня, Марьюшка, - хриплым сдавленным голосом произнёс Ильинский. Я люблю тебя, больше жизни! Я …
- Меньше лирики – больше слов! Я тебя слушаю и только. Не теряй времени на пустые слова! – прервала я его медовое вступление.
- Я тебе не изменял! Всё время в браке я даже ни на кого не смотрел, мне никто кроме тебя …
- А ребёнок появился от виртуального общения? Или по-старинки - ветром?
- Нет! Никакого вирта у меня ни с кем никогда не было! Я говорю правду!
- Ребёнку на вид года два, и он называл тебя папой. Это как понимать? Ты что, оказываешь благотворительную помощь матерям одиночкам, играя роль папы при встречах? Не знала о твоём актёрском таланте. А может ты анонимный донор? Или массовик-затейник?
- Нет, это мой ребёнок, но я тебе не изменял! И … не донор. А ему почти два с половиной. Всё… - он глубоко вздохнул и выдохнул со звуком, напоминающим не то стон, не то рык. - Всё произошло за две недели до нашей свадьбы, на мальчишнике. Я напился и …. Не знаю, как всё произошло, но проснулся с девушкой в какой-то обшарпанной гостинице, сразу же ушёл и …
- Решил мне ничего не рассказывать, что немного гульнул в последние денёчки свободной холостяцкой жизни, - закончила я его фразу. - Только вот о последствиях не подумал. Хорошо, что хоть не заразил. Или мне всё же надо провериться? Мало ли, что ты мог натаскать за всё это время. Ветры – они такие… Всё что угодно может надуть.
- Нет, не надо. И всё было совсем не так. И в браке я не изменял – никогда!
- А как? Тебя пытали и заставляли сделать ребёнка? А ты ж у нас такой сердобольный и не смог отказать?