Но есть и план другой на эту ночь. Чтоб выполнила я своё заданье, поможешь ты, а я смогу помочь. Ты прикоснёшься к тайнам мирозданья. Открою я секрет тебе, Антон, я гость на голубой планете вашей. Мой дом в краю с названием Зитон и нету места во Вселенной краше. Узнаешь, как устроен этот свет. В пучине знаний разум твой утонет. Есть в космосе содружество планет. Ты погостишь немного на Зитоне. Примерно через час начнём полёт. Покинем то, что буднично и бренно. Появится как в сказке космолёт и унесёт на ночь на край вселенной. Решайся, если ты мне скажешь «да», об этом никогда не пожалеешь, а «нет» — забудь об этом навсегда. До полночи ещё домой успеешь.
— Как поступить? Что ей сказать в ответ? Как это всё чрезвычайно сложно. А вдруг её слова не полный бред? Не всё, что мы не знаем — невозможно. Как объяснить проникновенный взгляд, манящий глубиной, как океаны? И этот дивный нежный аромат, окутавший меня своим дурманом?
А эти снимки — в рамке на стекле? Такой дизайн необычайно сложен. Чем угрожает предложенье мне? Чем я рискую? Чем я так встревожен? Рискую оказаться в дураках? Мы не боимся другу корчить рожи. А, бегая по парку впопыхах, мы не рискуем насмешить прохожих? Когда стаём на лыжи в первый раз, то не боимся залететь в сугробы? Зато пугают заговор и сглаз, и голос, прозвучавший из утробы. Нередко зло имеет добрый вид. Его коварство в темноте не видно. Нас часто неизвестное страшит, хотя порой бывает безобидно. Кто не рискует, тот не пьёт вино. Свинья не съест и Бог нас не осудит. Я не сгорю, коль в омут суждено. Всё, решено: пусть будет то, что будет.
— Вот и прекрасно, честно говоря, меня твои сомненья удивили, — её певучий голос слышу я, — но рада я, что разум пересилил. Невольно на неё бросаю взгляд. Всё это удивительно и странно. Я поражён, она как телепат мои читает мысли постоянно.
— Спокойно, — говорю себе, — Антон, я не боюсь душевного канкана. К ответу я готов, какой резон стесняться мыслей, если нет обмана? Измен не помышляет голова, а помысел мой честен и возвышен. Горжусь я тем, что лживые слова из уст моих пока никто не слышал. Я в жизни ситуации такой, что нужно лгать, встречал не так уж много. А, правда для меня не звук пустой, а ровная и чистая дорога. Сворачивать с дороги не к лицу. Правдивым в жизни быть гораздо проще, а ложь плутает, бродит по кольцу, как тропка вьётся по дубовой роще.
— Да, ты, Антон, лишь правду признаёшь, не врут твой ум, не врут язык и очи. В мозгу твоём я не видала ложь, за это избрала тебя из прочих. Чтоб ты будил сознание людей. Нельзя идти к реке, не зная брода. Ты должен будешь, словно Прометей, дорогу осветить людскому роду.
Я не Землянка, далеко мой дом. Я послана на землю пилигримом. Так далеко, что вы своим умом сочтёте этот мир недостижимым.
Наука на Земле — какой-то мрак и лучшие умы так мало знают. Вселенная устроена не так, как ваши астрономы представляют. Вы поняли, что возле сгустка масс пространство искривляется обычно, но градус искривления подчас разнится в разных областях прилично. Поэтому вселенная не шар, а скомкана в комок, как лист бумажный. Галактики струятся, словно пар, но это все, поверь, не так уж важно.
Бывает сопряжение планет. Находятся они буквально рядом. Но мы, через десятки тысяч лет, способны в телескоп их видеть взглядом. Настолько рядом, что орбиты их идут под ручку, словно на свиданье.
Дорога между ними будто штрих. Короткий штрих на карте мирозданья. Содружество наш межпланетный дом. Мы все биологически похожи. У всех набор таких же хромосом, аналогичный цвет волос и кожи.
Наука каждый день идёт на бой. Есть пять ступеней на пути познанья. Зитон, моя планета, — на второй, Земля в четвертой стадии познанья. Пришел момент немного подучить, чтоб вы могли пойти на третью фазу. В содружество планетное включить, и дать Вам доступ к общих знаний базе. Хотим мы, чтоб умнее стал Ваш род. Поверь, нам это тоже очень важно. Об этом позже — близко космолёт. Мы скоро в путь отправимся отважно.
И вправду я услышал мерный гул. Как будто бур включили у дантиста. Иллона встала, отодвинув стул. Я шел за ней, но с видом фаталиста. Что ждет меня? Кончина и позор? Или познанье, что сулит Иллона? Надеюсь, не обманет ясный взор, мираж и тень — рабы иллюзиона.
В раскрытый шкаф вступил я, чуть дыша. В уютном кресле замер в ожиданье. Готовится мятежная душа соприкоснуться с тайной мирозданья. Закрылась дверь, зажегся тусклый свет. Иллона кнопки на пульте нажала. Мы с ней неслись среди других планет, и кресло подо мной слегка дрожало:
— Летим и через два земных часа мы в ста парсеках будем на Зитоне. Ты желтые увидишь облака и белые спирали на Тароне. Тарон — звезда, светило юных грёз. Зитон — её прекрасная планета. На ней не знают снега, града, гроз. Чуть-чуть весны и длительное лето. Живем всегда в покое и тепле, как нежная травинка на поляне. Мне довелось родиться на Земле, в роддоме — как обычные земляне.