Лу даже не пыталась повернуть голову — это было выше ее сил. Она просто лежала, чувствуя, как жизнь покидает ее обычно подвижное тело. Она открыла глаза, рассматривая светлый потолок своей комнаты и мысли, словно птицы, пролетали перед ней, не касаясь ее сознания. Она не обращала внимания на фоновые помехи — может кто-то был рядом, а может — нет. В смерти ты всегда один. Однако сердце девушки продолжало биться ровно, не собираясь прекращать свой не так давно начатый путь. «Это, наверное, просто усталость. Мне надо отдохнуть».
Лу почувствовала, что отлежала все, что возможно, и попробовала немного изменить положение тела. Сделать это оказалось сложнее, чем предполагалось. Боль пронзала половину тела, а другая его часть не слушалась, дрожа от слабости. Кто-то, аккуратно ухватив девушку, приподнял ее повыше, повернул вполоборота, заботливо сбив осевшие подушки под головой. Лу увидела знакомую рубашку, а потом уже смогла сфокусировать зрение на лице капитана. Он сидел в кресле, опираясь локтями на колени, и с облегчением смотрел на нее. Его непослушные черные волосы растрепались, рубашка помялась, а сам он выглядел уставшим, но довольным.
— Дарма, вы здесь… — Лу с усилием выпростала руку из-под одеяла, и мужчина схватил ее прежде, чем девушка успела ее поднять. Лу с блаженством почувствовала его горячую ладонь — неимоверно большую по сравнению с ее рукой.
— Я с тобой. С возвращением.
— Мне в какой-то момент показалось, что смерть близко.
— Я знаю. Собиан за тебя двое суток бился. Весь Форт притих в ожидании новостей. У тебя много друзей, мне пришлось поставить караул у входа, чтобы отпугивать желающих тебя навестить. — Лу улыбнулась, задумавшись.
— Капитан, это все Мадер и его чокнутые предки. Он мне рассказал историю своей семьи перед ритуалом. Это они вызывали мертвецов, используя оккультные знания и, наверное, черную магию. — Дарма, задумавшись, кивнул, бессознательно поглаживая ладонь девушки большим пальцем. Наступила тишина. Лу с блаженной улыбкой разглядывала красивое лицо Дармы, ощущая, как в ней медленно, но верно восстанавливается жизненная сила. Пусть она и получила самые сильные травмы в своей жизни, зато капитан с ней рядом, держит за руку и говорит мягким нежным голосом. «Господи, Лу, угомонись. Ты только что, можно сказать, вылезла из могилы!» — Лу, засыпая, посмеялась над этой мыслью.
Заметив, что девушка спит, Дарма поправил на ней съехавшее одеяло, и неожиданно для себя, почувствовав прилив нежности, убрал прядь волос с ее лица.
— Спи спокойно, лучик. — Дарма удалился — пора сообщить друзьям добрую весть — Лу будет жить.
Форт временно прекратил походы за стену, ожидая нового наплыва мертвецов. Дарма все также держал подъезд к Форту под контролем на тот случай, если совет или генерал проявят себя. Он с людьми перерыл все окрестные леса, но Мадера с его людьми поймать не удалось. Побоявшись мести психопата, он поставил посты вокруг дома Лу, и сам частенько проезжал рядом, практически каждую ночь самостоятельно патрулируя улицы Форта.
Лу пришлось проваляться в постели целую неделю. Хоть она и порывалась поскорее встать на ноги, доктор в сердцах пообещал привязать ее веревками к кровати, если та не услышит голос разума. К ней постоянно ходили друзья и подруги, развлекая историями и новостями, так что скукой Лу не страдала. Даже Дарма несколько раз заскакивал, принося фрукты или пирог, но быстро убегал, так как вечно был где-то и кому-то нужен.
По истечении срока постельного режима, Лу твердо для себя решила, что ни за что не пропустит большое событие Форта — присягу солдат верной службе капитану. Солдаты Мадера, которые узнали версию, переданную со слов Лу, отказались от службы сумасшедшему генералу и попросились на службу к Дарме.
Лу была довольна, что доктор и остальные убежали на праздник, так что она могла спокойно кряхтеть и охать, разминая еще не до конца зажившие части тела. Особенно пострадала нога, порванные мышцы плохо слушались, поэтому Лу приходилось сильно хромать, но это ее не останавливало.
Проковыляв в ванную, девушка с удовольствием ополоснулась холодной водой, смывая остатки болезни, и с великим трудом нацепила одежду. Если с рубашкой она справилась в целом сносно, то с брюками пришлось повозиться. Нога не сгибалась, а израненная спина не давала сильно наклоняться, но ничего, как-то справилась.
Довольная собой, Лу распахнула дверь, и летний воздух тут же обхватил ее в свои ароматные объятия. Голова девушки вдруг закружилась, и ей пришлось, ухватившись за косяк, немного постоять, приходя в себя. Когда состояние нормализовалось, Лу полной грудью вдохнула запах трав и цветов, ощущая, как сердце начинает биться чаще — она жива, молода и счастлива! «Но шкурка подпорчена» — подкинул ей разум. Лу лишь посмеялась — она никогда не боялась шрамов.
