— А что ты будешь делать с Кирой? В смысле, с Ягами Лайтом? Подойдёшь к нему и скажешь: «Привет, я тоже владею Тетрадью Смерти и приехала сюда, чтобы помочь Л тебя поймать?»
— Я не собираюсь раскрывать все свои карты. Вряд ли он догадается, что я знаю, кто он на самом деле. С Ягами надо быть осторожной, он куда умнее любого среднестатистического человека. Просто попытаюсь быть милой и дружелюбной. И запомни, мой ручной синигами, я не собираюсь преподносить Л на блюдечке то, что мне удастся нарыть. Пусть сам думает, лучший детектив мира, как-никак.
Начало апреля в Японии было тёплым и солнечным. Лёгкий весенний ветер приносил к ногам прохожих нежно-розовые лепестки сакуры. А мегаполис жил своей жизнью: люди спешили на работу и учёбу, проезжую часть заполнили автомобили и автобусы, на станциях поездов и яблоку было негде упасть.
— Кстати, Диана, а почему ты не захотела остаться в общежитии с остальными?
— Было бы интересно посмотреть на реакцию моих соседок, если бы в воздухе летела пачка молока.
— То есть, ты обрекла себя на одиночество из-за меня?
— Мне придётся много работать над расследованием, посторонние будут этому мешать. И кто-то может случайно найти Тетрадь и коснуться её. Вот ведь крику будет, если тебя кто-нибудь увидит… Да и не люблю я больших и шумных компаний, а в сборище студентов без этого никак. Хах, неужели тебя заботит мой эмоциональный и психологический комфорт, Воланд? «За человеком, владеющим Тетрадью, будет следовать Бог Смерти, истинный владелец, до тех пор, пока человек не умрёт, или не откажется от Тетради».Чего-чего, а одиночества мне бояться не следует.
— Хе-хе, твоя правда.
— Приехали.
Главное здание университета имело форму нескольких прямоугольников с безукоризненной симметрией относительно большего из них. Ровно стриженные зелёные кустики по бокам каменных дорожек, часы на башне, деревья с молодой листвой перед корпусами — ничего лишнего, идеальное сочетание красоты и строгости. И порядок, порядок во всём: от идеально ровных свежевыкрашенных прутьев ворот до последней сочной травинки.
— Ди-а-на, — протянул Воланд, — ты бы поменьше головой по сторонам крутила, лучше себе под ноги смотри.
— Я и так смо… — тут девушка врезалась в впереди стоящего.
— Прошу прощения, я такая неловкая, — быстро заговорила она на японском и поклонилась в традиционной для Страны Восходящего Солнца манере.
— Нет, это я должен извиниться перед вами. Я задумался и стал на проходе, — последовал ответ.
Диана подняла глаза — пред ней стоял молодой человек европейской внешности, с бледной кожей, под черными затуманенными глазами виднелись мешки от регулярного недосыпа, темноволосой, растрёпанный, сутулый, в поношенной обуви и одежде а-ля «надел первое, что висело в шкафу».
— Прошу меня простить, но вы — иностранный студент? Я не видела вас на общих сборах… — спросила Диана, продолжая говорить по-японски.
— Нет, я не в вашей группе, — ответил молодой человек, и неспешно побрел к главному корпусу.
— Смотри-ка, кажется, теперь я знаю, как должен выглядеть безумный гений. Но припереться в таком виде в первый день учёбы … Эй, ты вообще меня слушаешь? — обратилась девушка к хохочущему во всё горло синигами.
— Согласен с тобой, Дина. Он — весьма и весьма интересный индивид.
— Что-то у тебя сегодня подозрительно хорошее настроение, — она пожала плечами и поспешно направилась туда, куда стекался поток студентов.
Актовый зал, украшенный национальными и университетскими символами, дышал торжеством. Опрятно одетые новоявленные студенты и студентки не отрывали глаз от сцены — директор читал поздравительную речь.
— Какие японцы дисциплинированные, — отметила Диана. — Мои одноклассники бы уже давно нашли себе занятие поинтереснее.
— Хе-хе, твои одноклассники сейчас сидят в школьной комнате отдыха дефис курилке и думают о предстоящих экзаменах. А ты уже студентка лучшего университета Японии.
