Я поморщилась опять. Нет, ещё проклятие может перекинуться на меня. И, между прочим, такое не исключено в любом случае, не только от ошибки с именем. Это, конечно, довольно маловероятно, обычно подобный печальный финал постигает неумелых или неопытных ведьм, неспособных правильно защититься. Но возможность ошибки никогда нельзя исключать полностью.
— Я правильно понимаю, что и тебе это может чем-то угрожать?
— Не чем-то, — буркнула я, возвращая опустевшую чашку на столик, — а вот этим самым проклятием. Но есть хорошая новость: с меня его тоже может снять другая ведьма.
— И ты знаешь ведьму, которой можешь доверять настолько?
Положа руку на сердце, такой я не знала. У меня вообще было не так много знакомых ведьм, и все они прямо-таки мечтали избавиться от конкурентки в моём лице. И что-то подсказывало, что знакомые ведьмы Рэйна тоже скорее не упустят возможность воспользоваться так удачно подвернувшимся проклятием, чтобы избавиться от меня, чем наоборот.
— Дай угадаю, — протянула я. — Хочешь запретить мне ввязываться в это опасное дело?
— Хочу, — даже не попытался отпираться Рэйн. — Но, думаю, это безнадёжно, ты всё равно поступишь по-своему.
— Он наверняка что-то знает, — заметила я, хотя на самом деле уверена в этом вовсе не была.
Ижин мог знать не больше, чем успел рассказать Сирилу. Или ненамного больше. И чтобы сдать разведчиков своим азрийским подельникам, Шолтану его помощь на самом деле не требовалась, так что располагали мы по факту не более чем догадками и предположениями.
— Или хотя бы того, кто может что-то знать, — мрачновато согласился Рэйн. — Но и это не точно. Давай сначала пообщаемся с остальными, а там посмотрим, стоит ли рисковать.
* * *
День прошёл в пустых разговорах. Никто из остальных учеников Шолтана не смог ничего добавить к рассказу Сирила. Один только заметил, что перед войной об управлении нежитью и о ключах Иллар говорил частенько, но никогда не упоминал никаких деталей. И на все вопросы отвечал, что расскажет, когда сам всё выяснит.
Рассказ этот мы выслушали в таверне ближайшего городка, куда отправились заедать неизгладимое впечатление, произведённое обедом в обители. Хоть это и казалось невозможным, дневной трапезе удалось затмить утреннюю. Лично я с пониманием отнеслась к пояснению алхимика, что доходы обители нынче не так велики, потому на продуктах здорово экономят, но так и не уяснила, зачем же их портят при готовке. Разве что сэкономить заодно решили и на услугах поваров, и заставили кашеварить младших учеников. Потому что больше всего еда походила как раз на произведение мальчишек-подростков, впервые попавших на кухню.
— А бараний бок здесь всё так же хорош, — довольно усмехнулся Сирил, откладывая вилку и нож. — Но ведь не один он это всё выяснял?
— Если ему кто и помогал, то я не знаю, кто, — недовольно скривился наш последний собеседник, толстенький белобрысый портальщик Кордос. — Он от всех от нас отделался постепенно, под самыми разными предлогами. Хомед, например, впал в немилость за то, что с магистром Ланкером поговорил. Знаете, вот встретились двое в библиотеке, из банальной вежливости перекинулись парой слов о погоде, пока ждали хранителя, и всё. Предательство.
— Он совсем спятил? — удивился Рэйн.
— Не думаю. Скорее просто слишком спешил, чтобы найти предлог получше, — ответил Кордос, наливая себе ещё пива из кувшина. — Чем-то мы все ему не подходили. Не заслужили, видать, доверия. Впрочем, он не так уж и ошибался, если подумать, все мы сошлись на том, что его идеи — полнейшее безумие. Были бы вы тогда с нами, тоже согласились бы, разве нет?
— Мы, пожалуй, да, — действительно согласился алхимик. — А Ижин?
— Возражать не стал. Впрочем, он никогда не возражал, особенно против мнения большинства, сами знаете.
— Но Шолтан и его отдалил? — уточнил Рэйн.
— Так ведь он всегда был не то что даже в стороне, а вообще в своём мире где-то, — пожал плечами Кордос. — Если Шолт ничему его не учил и ни о чём не просил, занимался тихо своими делами. Сам ни во что нос не совал.
Я героически дожевала последний кусок курицы. Не то чтобы она была какой-то невероятно вкусной, но остановиться не получилось несмотря на ощутимо полный желудок. Даже попытка напомнить себе об опасности переедания для фигуры провалилась, как-никак, я постилась целый день, ватный утренний омлет не в счёт.
История, рассказанная Кордосом, не удивила меня совершенно. Задумай я нечто подобное, тоже не стала бы раскрывать план своим известным приближённым. Хотя бы уже потому, что в случае чего за них возьмутся первым делом, и вряд ли все как на подбор окажутся героями. Кто-то да выложит всю историю, или сдаст тех, кому она известна. Маррен Серно — дело другое. Кто мог предполагать, что они с Шолтаном подельники? Вот именно, никто.
— Ижин ведь может в самом деле ничего не знать, — задумчиво протянул Рэйн, обращаясь как бы и не ко мне, едва Кордос, поблагодарив за ужин, удалился.
— А может и знать, — пожала плечами я. — В любом случае, варианта получше у нас нет и пока не предвидится.