Красивый или нет, испуганная Ханна не знала. Сравнить ей было не с чем, но она согласилась:
- Д-да!
- Тогда слушай, - от его тряски за волосы у нее выступили слезы. – Сделаешь, как скажу, получишь пять долларом и останешься работать, если нет, изобью, но все равно возьму, а потом вышвырну! Поняла?!
- Да!
Как только ответила, он коснулся возбужденной плотью ее губ.
- Зубы выбью, если укусишь! – просипел и, надавив пальцами на челюсть, заставил приоткрыть рот. С силой протолкнул головку и издал громкий, довольный стон.
Ханна закрыла глаза, чтобы не видеть темную поросль. А потом к ее ужасу мистер Гриндл начал двигать бердами. Она не могла дышать, еле сдерживала рвотный порыв и, помня об угрозе, изо всех сил пыталась не смокнуть зубы.
- Давай, шлюха, за доллар! Давай же, развратная потаскуха! – от подступающего удовольствия, Айзек перестал сдерживаться и двигался еще быстрее. А потом его тело сотрясла дрожь, и ее рот, внезапно, чем-то заполнился. Она попыталась откинуть голову, но Айзек не позволил.
- Глотай, глотай, грязная девка! – стонал он и не отпускал до тех пор, пока она не сделала усилие над собой и не сглотнула накопившуюся во рту жидкость.
Только потом ослабил хватку и рухнул на стул.
Он сидел расслабленный, даже умиротворенный, с закрытыми глазами.
Когда она попыталась встать, остановил:
- Не так скоро. Оближи его еще.
Заметив ее смятение, притянул ближе и аккуратно, но настойчиво наклонил ее голову к красной плоти.
- Ну, же! Как леденец на ярмарке, – подбодрил Айзек.
Когда она осторожно провела языком по коже, испещренной жилками, он нежно коснулся ее волос.
– Вот видишь, ничего страшного, - расслабленно усмехнулся и протянул ладонь Ханне. Опираясь на его руку, она с трудом поднялась. Ноги после долгого стояния на коленях болели и плохо слушались, поэтому Айзек помог ей дойти до кресла.
Застегнув штаны, открыл выдвижной ящик злополучного стола, потом взял руку Ханны и вложил в ее ладонь пять долларов.
- Сожалею о грубости. В знак примирения прими мою благодарность.
- Вы…вы…вы называли меня… - она не могла повторить.
- Шлюхой, грязной потаскухой и развратной девкой? – произнес он, гладя ей в глаза. – Это комплемент. Я не люблю святош и праведниц.
- Но вы…, а как же…? – не могла подобрать слов пораженная Ханна.
- Кэтрин? Лицемерная ханжа и чопорная дура, – коротко отрезал Айзек. – Если больше вопросов нет, будем считать, что роковой инцидент исчерпан. Думаю: щедрое вознаграждение окупит ваши страдания. В конце месяца получишь повышенное жалование, а если иногда будешь умницей и побалуешь мой леденец своим нежным язычком, можно будет поговорить о двойном повышении. Но надеюсь, что это ты будешь хранить в секрете ото всех. Добрых снов, Ханна.
Он подошел к двери и открыл ее, давая понять, что на сегодня все разговоры окончены. На онемевших ногах Ханна растерянно вышла и медленно побрела к черной лестнице. Уже поднимаясь, она с содроганием вспомнила случившееся и вытерла лицо и рот рукавами. К счастью, было поздно, и на пути в свою комнату она никого не встретила. Добравшись до кровати, разделась, как только положила голову на подушку, тотчас заснула крепким сном.
Ханна спала столь крепко, что утром, пришедшая будить Марта, не могла ее растолкать. Только после нескольких сильных толчков и громкой беззлобной ругани, Ханна очнулась. На нее смотрела удивленная подруга:
- Дрыхнешь, как сурок. А я так не могу: если переживаю, глаз не сомкну.
- Я тоже.
- Оно и видно, – пошутила подруга. - Не важно выглядишь.
- Перенервничала, - Ханна, спустившая с кровати ноги, сидела в помятом платье и сильно растрепанная. Марта внимательно ее осмотрела и, немного подумав, спросила:
- Как вчера прошел разговор?
Ханна лишь повела плечом. Подруга так и не поняла, что означает этот жест, но более расспрашивать не стала и принялась рассказывать свежие новости:
- Не знаю, что вчера было у мистера Гриндла с супругой, но сегодня он проснулся рано и в весьма приподнятом настроении! - увидев вопросительно приподнятую бровь Ханны, поспешила пояснить. – Он пришел в ее спальню с цветами, побыл некоторое время, а потом вышел весь сияющий. Представляешь?
При слове «представляешь» перед глазами Ханны предстала совсем иная картина. От воспоминаний, ее щеки покрылись румянцем.
- Ты чего это? – удивилась Марта. – Что ни скажи, сразу трепещешь, как юная леди. А, чуть не забыла, - спохватилась она, - мистер Гриндл велел, чтобы ты помогла привести в порядок миссис Гриндл, и сказал, что вы поедете навестить Преподобного Поупа.
- Я не уволена! – спохватилась Ханна.
- Судя по всему, нет! – улыбнулась подруга. - Мистер Гриндл добр, как никогда, а миссис Гриндл еще ворчит, но уже почти успокоилась. И думаю, - Марта вперилась глазами в Ханну, - не стоит будить в ней успокоившуюся бурю, поэтому живо собирайся и спускайся.
- Согласна! – улыбнулась Ханна и поспешила привести себя в порядок.
***
Постучавшись, Ханна вошла в спальню.
Миссис Гридл была в хорошем настроении и вся светилась, но, увидев компаньонку, сделала такое лицо, словно держала во рту дольку лимона.
