Таинственная смерть главы Римской католической церкви буквально потрясла мир. Что это? Самоубийство? Убийство? А если убийство – кто стоит за этим чудовищным преступлением? След ведет в прошлое, в Испанию, где в 1917 году близ маленькой деревушки Фатима произошло чудесное явление Пречистой Девы Марии. Два откровения Богородицы, дарованные тогда, церковь решилась обнародовать только в 2000 году, а вот третье откровение… Третье откровение делается страшным орудием в борьбе за власть.
Посвящается Долорес Мюрад Парриш,
преждевременно оставившей этот мир.
1930–1992
Церкви не нужно ничего, кроме истины.
Нет ничего более величественного, чем захватывающее и прекрасное таинство Фатимы, которое осеняло церковь и все человечество на протяжении всего этого безбожного столетия и останется с нами до самого конца времен и последующего воскрешения.
Вера – бесценный союзник в поисках истины.
Глядя в небо, Люсия смотрела на спускающуюся Деву Марию. Видение приходило с востока, как уже дважды случалось раньше, сначала напоминая яркую светящуюся точку в пасмурном небе. При приближении Девы все озарилось ровным светом, и Ее искрящийся силуэт парил над старым дубом в восьми футах над землей.
Дева была недвижима. От Ее сверкающего облика исходило сияние, не уступающее солнцу. Ослепленная блистающим великолепием, Люсия опустила глаза.
Ее окружили люди. Когда Дева явилась впервые, два месяца назад, рядом никого не было. Только Люсия, Гиацинта и Франциско, пасшие в полях овец. Ее двоюродной сестре было семь, двоюродному брату девять. Ей было десять, и она чувствовала себя старшей. Франциско, одетый в длинные штаны и шерстяную шапочку, опустился на колени. Опустилась на колени и Гиацинта в черной юбке и платке, покрывающем ее голову.
Люсия подняла глаза и посмотрела на окружающую ее толпу. Люди начали собираться еще вчера, многие приходили из соседних деревень, некоторые приводили с собой увечных детей – надеялись, что Дева исцелит их.
Фатимский приор[1] объявил, что все видения – обман, и строго запретил верующим приходить в долину. Это происки дьявола, сказал он. Но верующие не послушали приора, а один из прихожан даже назвал его глупцом – ведь дьявол никогда не стал бы призывать людей молиться.
Одна из женщин в толпе зрителей отчаянно кричала, что Люсия и остальные дети – обманщики и что Бог накажет их за святотатство. Позади стоял Мануэль Марто, дядя Люсии и отец Франциско и Гиацинты, и Люсия услышала, как он прикрикнул на женщину, чтобы та замолчала. Крестьяне уважали дядю Мануэля, поскольку кроме соседней деревушки Сьерра-да-Эйри ему довелось повидать в жизни и другие места. Спокойствие его умных карих глаз придавало Люсии сил. Хорошо, что сейчас, когда вокруг столько чужих, он рядом.
Она старалась не обращать внимания на все, что ей кричали, и не чувствовать запаха мяты, сосен и пряного аромата дикого розмарина. И ее мысли, и ее глаза были направлены на парящий в воздухе образ Девы.
Деву видели только сама Люсия, Франциско и Гиацинта. Ее слова слышали лишь Люсия и Гиацинта. Люсии показалось странным, что Франциско не удостоился такой чести, но еще при Своем первом явлении Дева сказала, что Франциско, чтобы приблизиться к небесам, нужно еще много молиться.
Над пестрой долиной, известной как Кова-да-Ирия, пронеслось легкое дуновение. Эта земля принадлежала родителям Люсии. На ней повсюду росли оливковые деревья, отчего долина всегда выглядела зеленой. Здесь росла высокая трава, из которой получалось прекрасное сено. Кроме того, здесь выращивали картофель, капусту и кукурузу.
Поля отделялись друг от друга невысокими стенами, сложенными из старых камней. Большинство из них давно осыпались, и Люсия очень радовалась этому, потому что так овцы могли пастись где угодно. Ей, Франциско и Гиацинте родители поручали пасти овец, и вот уже несколько лет день за днем они гуляли в полях, играя, молясь и слушая, как Франциско играет на флейте.
Но два месяца назад, когда произошло первое явление, все изменилось.
С тех пор на них сыпались бесконечные расспросы и насмешки окружающих. Мать Люсии как-то даже отвела ее к приходскому священнику и заставила признаться, что все это лишь ее выдумки. Выслушав Люсию, священник сказал, что Дева не может спуститься с небес только для того, чтобы призвать людей молиться каждый день. Лишь оставшись одна, Люсия смогла выплакаться, и ей стало легче.
Небо затянулось облаками, и зонты, под которыми зрители прятались от солнца, начали закрываться. Встав, Люсия закричала:
«Снимите шляпы, я вижу Деву!»
Мужчины послушались, многие начали креститься, как будто стыдясь своей грубости.
Повернувшись в сторону видения, Люсия опустилась на колени.
«Vocemece que me quere? – спросила она. – Что Вы хотите от меня?»
