Точно так же и психические расстройства возникают, когда реакция «борьбы и убегания» оказывается слишком чувствительной и запускается невпопад. Если вас очень легко привести в состояние боеготовности, то вы, вероятно, испытываете тревогу в тех ситуациях, когда другие люди чувствуют себя совершенно спокойно.
Давайте посмотрим на переживания некоторых наших пациентов.
Мэри, 31 год, страдает агорафобией. Стоя в очереди в магазине, она чувствует головокружение, искажение восприятия, какую-то нереальность происходящего. У этой женщины очень легко запускается реакция мобилизации. Нередко она думала: «А что если я сумасшедшая? Вдруг я начну кричать, ругаться и бросаться на людей?» В таких случаях она сразу же уходила из магазина, возвращаясь под прикрытие стен своего дома.
Вильям, 27 лет, страдает социальной фобией. Когда кассовый автомат был неисправен, молодой человек торопился уйти из банка. Реакция «борьбы и убегания» запускалась, когда он замечал, что рука у него дрожит и думал: «А вдруг подпись получится неразборчивой? Кассир позовет менеджера, и тот будет смотреть, как я снова пишу свое имя. Тогда-то уж я буду дрожать так сильно, что они решат, как будто я получаю деньги с чужого счета, и вызовут полицию». С чувством паники Вильям уходил в поисках другого банкомата.
Многие люди в тревожной ситуации чувствуют позыв к опорожнению кишечника или мочевого пузыря. Однако вероятность того, что это на самом деле произойдет, ничтожно мала. Гораздо чаще утрата контроля над кишечником и мочевым пузырем имеет место, если человек попадает в мучительную для него ситуацию на длительное время. Таким примером может служить солдат, сидящий в окопе и ожидающий, что противник вот-вот сбросит на этот окоп бомбу. Даже самый продолжительный приступ паники не вызывает расслабления сфинктеров, поскольку надо всем преобладает желание поскорее убежать из трудной ситуации. А мы видели — готовясь к побегу, организм заботится о том, чтобы не оставалось никаких свидетельств, по которым преследователь мог бы вас обнаружить.
