Ехать было недалеко, всего два часа и скоро по громкой связи по электричке разнеслось, — конечная станция Свердловск. Не забывайте свои вещи. Мы вышли в переходы. Потянуло какой-то сыростью. Везде люди тащили неподъемные сумки к поездам.
Вокзал не изменился. Такой же серый, немного мрачный. Толпы пассажиров, перетекающих из одного зала в другой. Объявления о приходе и отходе поездов.
Мы вышли на площадь и увидели автобусы. За памятником через дорогу была гостиница Свердловск. Когда мы узнали, что до центра недалеко, Тома захотела остановиться именно в этой гостинице.
Мы в своих штормовках не привлекали внимания. Прошли по подземному переходу на другую сторону улицы и вошли в гостиницу. За стойкой сидела женщина в возрасте и листала журнал. Я спросил, — места есть?
— Вам какие? — оторвалась женщина, — а-а-а, молодожены! Вас устроит двухместный простой номер?
— А он с удобствами? — спросила Тома.
Женщина укоризненно посмотрела на Тому, — как же без них. Давайте паспорта. Мы достали паспорта и положили на стойку. Потом мы заполнили карточки и получили ключ. Через пять минут мы были в номере. Тома сразу побежала в душ.
Потом сходил я, и после душа мы поняли, что сильно проголодались. Спустились вниз и вышли на улицу. Тома сказала, что в этом времени нас не пустят в таком виде в ресторан. Мы двинулись в сторону центра и увидели кафе. Зашли, взяли комплексный обед. Он оказался достаточно вкусным. Пока ели, мы обменивались мнениями о городе. Нам он показался немного строгим и деловым. Тома вспомнила плакат, который она видела на одной из станций — “Урал — опорный край державы!”
Я смотрел на Тому и узнавал в ней ту маленькую девочку, которую мы везли с Милой через всю страну. Вдруг я вздрогнул.
— Тома! Ведь ты не одна такая со своими способностями, да и я не исключение. Нас могут увидеть или даже уже увидели. Составили фотороботы и сейчас могут разыскивать. Мне кажется у вашей оппозиции должна быть неплохая контрразведка.
Тома глянула на меня, — что ты предлагаешь?
— Я предлагаю тебе постричься и покраситься. Пусть ты будешь блондинкой. А насчет меня, нужно подумать.
Недалеко был магазин Одежда. Мы зашли в него и через полчаса вышли одетые, уже не как туристы. Пусть и не такие модные, но все же не отличались от горожан. В сумку мы сложили походную одежду. Тома не дала ее выкинуть, она сказала, что пригодится еще.
Я почему-то подумал, что вот она какая семейная жизнь. Пусть и фиктивная. Тома стала вести себя по-другому. Она держала меня под руку, снисходительно поглядывала на встречных женщин и девушек.
Идти со спортивной сумкой было неудобно, и я предложил вернуться в гостиницу. Тома начала возражать. Я удивился. Как это? Кто старший в нашей команде? Но ничего ей не сказал.
Я стоял и молчал. Тома все поняла, она умная женщина и согласилась. Мы вернулись к гостинице, и я отправился в номер. Тома же осталась на крыльце ждать меня. Я быстро поднялся в номер, бросил сумку и спустился. И что я увидел.
С Томой беседовал какой-то молодой человек щеголеватой наружности. И Тома улыбалась ему. Во мне начала подниматься злость. Я подошел и резко спросил, — что случилось?
Молодой щеголь вздрогнул, посмотрел непонимающе на Тому и сказал, — простите мадам, я обознался. И быстро ушел. Я начал выговаривать Томе свое недовольство, но она только улыбалась. В конце концов я запутался в своих рассуждениях и замолчал.
Тома потянула меня прочь от гостиницы. По пути она увидела парикмахерскую и сказала, — придется тебе, Серый подождать меня, я же пойду выполнять твое указание. Постригаться и краситься.
Я стоял и думал, то ли она мне комплимент сказала, то ли тонко издевалась. Рядом был промтоварный магазин, я зашел туда. Стал ходить и смотреть на проигрыватели, на радиоприемники, на черно-белые телевизоры. Так ходил наверно полчаса, изредка поглядывая в окно. Томы не было. Я вышел из магазина и заглянул в парикмахерскую. Тома была там. Она помахала мне рукой и показала на часы. Я понял по ее знакам, что она пробудет там не менее часа.
Нужно было что-то делать. Я решил зайти в кафе и подождать. Взял в киоске журнал “За рулем” и пошел в кафе. Заказал там кофе и пирожное. Раскрыл журнал и углубился в него.
Три раза я заказывал кофе. Взбодрился так, что сердце стучало как бешеное. Может быть, из-за этого мои чувства обострились, и я заметил, что вошедший после меня посетитель незаметно наблюдает за мной. Я сделал вид, что увлечен журналом и тихонько посматривал на его. Невзрачный мужчина в легкой ветровке сидел и пил чай. В руке у него была газета Уральский рабочий. Он тоже делал вид, что читает ее.
Наконец в большое окно я увидел Тому, я узнал ее только по платью, которое мы недавно купили. Я поднялся и пошел к выходу. Вышел из кафе и пошел в сторону Томы и стал подавать сигнал, что ко мне подходит нельзя. Тома сначала улыбнулась, увидев меня, но заметив сигнал, отвернулась. Я прошел мимо и направился в сторону центра города.
