День постепенно разошелся, и скоро стало припекать. Пришлось снять рабочую куртку, и идти налегке. Я пытался начать разговор с Шурой, но она не была расположена. Она на что-то обиделась на меня, что ли? Вроде бы ничего плохого я ей не сделал. Не сразу дошло до меня, что Шура нервничает из-за того, что все пошло не по плану. Глебу она приказала не трогать ногу, пусть отдыхает. И только завтра он сможет идти.
Изредка я сверялся по карте. Квартальная просека вывела нас на высоковольтную линию. Высокие бетонные столбы поддерживали провода. Я знал, что там очень высокое напряжение, да оно и ощущалось, как только прикоснешься к такому столбу. Провода сильно гудели, и это слышалось даже на расстоянии.
Дальше нам было по просеке, где тянулись высоковольтные провода. Вдоль столбов шла старая грунтовая дорога. Заросли малины окружали со всех сторон.
Я шел и размышлял. Куда это нас закинули? Что-то говорили о глухой деревне, о том, что люди там темные. Полную задачу знала Шура. Глеб считался ее заместителем. А мы с Милой так сказать на подхвате. Начинались тяжелые трудовые будни. И я понимал, что скоро начнется то, для чего нас готовили.
— Стой! — сказала Шура. Она подошла, взяла карту у меня и стала внимательно разглядывать. — Скоро поселок. Леспромхоз. Там будь осторожен. Местные всех своих знают, поэтому мы будем на виду. Наша задача узнать расписание поездов, запомнить его и определиться в какую сторону поедем.
Скоро мы подошли к дороге, пересекающей просеку. По ней мы и пошли в сторону поселка. Лес сменился. Много было берез и осин. Мы прошли загон из жердей для скота, и услышали тарахтение мотоцикла. Он проехал недалеко от нас. Хотя мы и не видели его.
— Ты на мотоцикле умеешь ездить? — обернулась Шура.
— Приходилось. А что нужно будет?
— Кто его знает. Может быть, — Шура отмахнулась от овода и зашагала дальше.
Через просветы были видны дома. Когда вышли из леса, мы сразу попали на улицу. Дорога выходила прямо на нее. Вдоль домов ходили гуси, важно переваливались с ноги на ногу.
— Ты карту помнишь? — повернулась ко мне Шура.
— Помню. А что нужно?
— Где железнодорожная станция? — сказала Шура.
— Если сзади нас юг, то станция на север, — отозвался я.
— Значит вперед. Да не смотри так по сторонам. Привлекаешь внимание, — прошипела Шура.
Мы пошли по улицам поселка. Заборы, пыльная дорога, крепкие дома с высокими воротами. У некоторых ворот стояли мотоциклы. Жителей почти не было. Изредка пройдет женщина, покосится на нас, мы кивнем и дальше.
Перешли речку по высокому мосту с перилами, и стали подниматься вверх по небольшой горке. Впереди закричал громкоговоритель, — со второго пути отправляется грузовой поезд! Будьте осторожны!
Шура закивала головой — правильно идем. И точно, через две улицы открылась железнодорожная станция. Перед ней была еще одна улица, и на ней находилось несколько магазинов. Я насчитал пять. Промтоварный, хозяйственный, продуктовый, хлебный и винный.
— На обратном пути зайдем, — буркнула Шура, и схватив меня за локоть, буквально потащила вперед.
На станционном вокзале, мы подошли к таблице и стали изучать расписание поездов. Я по привычке сунулся в карман, сфотографировать расписанием, и с сожалением вспомнил, что телефона нет.
— Так запомнишь, — сказала Шура и пошла в вокзал. Я стоял и запоминал расписание. Лучше бы, конечно, записать всё, но ни бумаги, ни ручки не было. А я вообще-то хорошей памятью не отличался. Я отводил взгляд от расписания, закрывал глаза, снова смотрел на него и снова отводил. Ну все вроде бы запомнил.
Из дверей выглянула Шура и поманила рукой. Я вошел в вокзал и отметил, как здесь прохладно. Шура стояла перед схемой движения поездов и шевелила губами. Ну что, у всех свои методы запоминания.
Я тоже постоял перед картой-схемой, и мы вышли. На перроне стояла бабуся. У ног стояла матерчатая сумка. Бабушка подозрительно смотрела на нас. И Шура поспешила поздороваться с ней. Бабуся поздоровалась в ответ и сузила глаза. Ну прямо чекистка бывшая.
— И кто вы такие? — у бабуси неожиданно оказался скрипучий голос.
Шура преобразилась. У нее даже голос изменился. Она стала говорить, что нам надо уехать, что мы приехали утром, и вот вечером должны уехать. Бабуся подозрительно смотрела на нас и молчала. Потом она кивнула, словно разрешая нам находиться здесь, и отвернулась от нас. К ней шла женщина лет сорока. Мы также поздоровались с женщиной, и перейдя пути, пошли в магазины.
В магазинах я не мог, конечно, конкурировать с Шурой. Она купила в хозяйственном магазине рюкзак, вручила его мне, и стала нагружать в него вещи. Она взяла свечи, спички, нитки, иголки. В следующем магазине мы затоваривались продуктами. Правда продавщица сделала большие глаза, когда мы купили полукопченую колбасу.
Что-то странное было в магазинах. Я не сразу понял, сначала обратил внимание, что не было касс. Продавщица считала на счетах. Да и весы были допотопные. Потом я увидел странный ассортимент товаров, ну и конечно цены. А уж когда Шура достала деньги и стала считать их, я немного вспотел. Я понял, что дело нечисто.
