Дастин неспешно развалился на лавке открытой палубы и вытянул ноги. Вокруг было удивительно тихо, несмотря на близость неумолкающего большого города. Ночное небо пестрело редкими звездами, наверху время от времени проносились автомобили, а море нашептывало прибрежным скалам свои извечные сказки. Престарелый капитан "Абигайль" прикрыл глаза и расслабился. Время еще есть.
Внезапно наверху раздался звук двигателя, который подъехал близко к обрыву и остановился.
"А вот и Пайк…" – услышал капитан знакомый рокот мотора и недовольно нахмурился, взглянув на часы. – "… На пять минут раньше!"
Он с неохотой поднялся и засунул руку в карман куртки. Оттуда он достал небольшой складной нож и развернул лезвие. Сверху уже спускалась на веревке очередная порция белого порошка. Вжик – и обрезанная бечевка скользит вверх, а пакет остается в руках капитана. Хруст шин по гравию, взревевший мотор – и Пайк уже мчится прочь от обрыва, словно и не останавливался тут никогда. Вся операция занимала не более минуты. Береговым патрулям их никогда не поймать!
Дастин довольно хмыкнул и взвесил пакет в руке. Правильно, сегодня он тяжелее обычного. Перед выходными спрос на адское зелье на пароходиках повышался. Завтра эти кристаллики превратятся в благословенную жидкость для любителей химического кайфа.
Перед тем как убрать нож и пакет в укромное место, Попеску привычно огляделся по сторонам. Все тихо. Вот и хорошо!
"Теперь запускаем двигатель и держим курс на "Розу Юга", которая стоит на рейде у выхода из гавани", – приказал сам себе Дастин.
Внезапно новый звук заставил его остановиться. Над головой опять послышалось урчание автомобильного двигателя. Капитан поднял лицо к небу.
"Пайк вернулся?" – удивился он и тут же поправил себя. – "Нет, это не его машина! Кого там еще черти принесли?"
Автомобили в этом глухом месте никогда не останавливались, но этот несомненно повторил маневр уехавшего банковского клерка и свернул на обочину. Только, в отличие от Пайка, заглушил двигатель. В наступившей ночной тишине раздался неясный шум и чье-то прерывистое дыхание.
Дальше все произошло столь быстро, что Попеску даже не успел пошевелиться, лишь глаза его удивленно округлились. Он так и стоял, с ножом в одной руке и пакетом в другой, когда со скалистого обрыва на него рухнуло что-то темное и тяжелое, с размаху подмяв под себя коренастое тело капитана.
Дастин распластался на палубе, крепко приложившись затылком, и перед его взором поплыли оранжевые круги.
"Что за?.." – пробормотал он, пытаясь принять сидячее положение и собрать глаза в кучу.
Когда ему это удалось, он в немом изумлении уставился на то, что свалилось на него сверху и понял, что ему сегодня крупно повезло. Если бы упавший на него человек взял чуть-чуть левее, то точно сломал бы ему позвоночник, а так вся тяжесть удара пришлась на правое плечо.
– Матерь Божья! – прошептал он пересохшими губами и попытался выдернуть из-под тела свою правую руку.
Рука выдергиваться не желала. Что-то ее крепко удерживало на своем месте.
"Нож!" – осенило Дастина.
Этот придурок свалился прямо на его кулак с выставленным вверх лезвием, и теперь оно глубоко вошло в живот незваного любителя прыжков с высоты.
"Ах ты, скотина!" – зашелся в праведном гневе Попеску, глядя на незнакомого мужчину. – "Ты что, не мог найти себе другого места, чтобы расстаться с жизнью?"
Когда пятнадцать лет назад он бросил якорь в этом пригороде, ему рассказали, что раньше скала была излюбленным местом приезжих самоубийц, но после появления в городе нескольких удобных мостов и небоскребов они все перекочевали в центр.
Дастин дернул руку сильнее, и, с отвратительным хрустом, высвободил окровавленный нож.
– Вот, скотина! – с ненавистью плюнул через плечо капитан. – Коли тебе пришла охота утопиться, нехрен на чужие лодки прыгать! Чуть меня не угробил, придурок!
Придурок не отвечал. Остекленевшие глаза мужчины бессмысленно смотрели в небо.
– Ну и мерзавец! – скорбно покачал головой Попеску, когда до него дошло, что самоубийца достиг своей цели. Правда смерть наступила не от воды, а от его ножа.
"А может, он не сам спрыгнул?" – пришла ему в голову новая мысль. – "Может, ему кто-то помог?"
Он снова задрал голову вверх, но там было тихо. Если упавший незнакомец и был не один, то машина, которая его привезла, уже исчезла, пока Дастин барахтался на палубе.
– Козлы! – сквозь зубы процедил капитан и перевел взгляд на свою левую руку.
Открывшаяся ему картина заставила старого моряка ахнуть и вспомнить все ругательства, которые он когда-либо знал. Любовно упакованный в несколько слоев бумаги и полиэтилена сверток тоже пострадал от падения незнакомца. Один угол пакета надорвался, и бесценный белый порошок рассыпался по палубным доскам.
Дастин вскочил на четвереньки, мигом позабыв про жгучую боль плече, и дрожащими пальцами попытался склеить оборванные края свертка.
– О, Господи! Что же делать? Высыпалось совсем чуть-чуть! – торопливо бормотал он под нос, пытаясь убедить самого себя. – Они и не заметят!
