Эстель: Они держат птиц. И все время ругаются. Но выглядит это мило. Та, вторая пара – Анна-Лена и Рогер – тоже постоянно ругалась, но это совсем не выглядело мило.
Джим: По какому поводу они ругались?
Эстель: Из-за кролика.
Джим: Из-за какого кролика?
Эстель: Ой, скажу я вам, это долгая история. Они еще ругались насчет цены за квадратный метр. Рогер говорил, что все взвинчивают цену. Он сказал, что эти проклятые риелторы, чертовы банкиры и стокгольмцы манипулируют рынком недвижимости.
Джим: Погодите, он что, имел в виду, что люди с гомосексуальной ориентацией манипулируют рынком?
Эстель: Гомосексуалы? С чего бы это? Большей глупости в жизни не слышала! Это кто такое сказал?
Джим: Вы сказали, что виноваты стокгольмцы.
Эстель: Да, но я имела в виду стокгольмцев. А не
Джим: А есть разница?
Эстель: Да. Одни из них стокгольмцы, а другие
Джим: Извините, но я вконец запутался. Давайте приведем все сказанное в хронологический порядок.
Эстель: Конечно, конечно, не торопитесь, я никуда не спешу.
Джим: Прошу прощения, но нам лучше вернуться к первому вопросу.
Эстель: Это к какому?
Джим: Вы не заметили ничего странного в других покупателях?
Эстель: Зара выглядела несчастной. Анне-Лене не нравились зеленые занавески. Ру боялась, что гардеробная слишком мала. На самом деле это был вполне полноценный чулан или хобби-комната, как они это называют. Впервые услышала это выражение из уст Юлии.
Джим: Погодите-ка, здесь что-то не так. В плане квартиры нет никакого чулана.
Эстель: Возможно, он там просто слишком маленький.
Джим: Разве не предполагается, что план должен быть точным?
Эстель: Конечно, предполагается.
Джим: На плане квартиры гардеробная занимает не больше половины квадратного метра. Позволю себе спросить, по-вашему, какого она размера в реальности?
Эстель: На глаз не скажешь. Но Ру говорила, что хочет устроить там хобби-комнату. Дело в том, что она увлекается сыроделием. И выращивает цветы. Ну, или какие-то там растения. Юллан от этого не в восторге. Однажды Ру попыталась своими руками приготовить шампанское и забрызгала ящик с трусами Юлии, потом был «грандиозный скандал».
Джим: Извините, не могли бы мы все же сосредоточиться на том, какого размера гардеробная?
Эстель: Юллан очень следит за тем, чтобы ее называли гардеробной, а не хобби-комнатой.
Джим: Как вы думаете, можно ли в ней спрятаться?
Эстель: Кому?
Джим: Кому угодно.
Эстель: Думаю, да. Это имеет значение?
Джим: Нет, нет, наверное, не имеет. Просто мой коллега просил меня выяснить у свидетелей, есть ли в квартире место, куда можно спрятаться. Хотите кофе?
Эстель: Это было бы невероятно любезно с вашей стороны, не стану скрывать!
Грабитель посмотрел на дверь туалета. Затем на заложников. И спросил:
– Там кто-нибудь есть?
В ответ Зара с саркастической улыбкой спросила:
– Вы сами-то как думаете?
Грабитель заморгал так часто, что можно было подумать, будто он передает сигналы азбукой Морзе.
– Значит, вы думаете, что там кто-то есть?
– Может, ваши родители еще на первом свидании выяснили, что у них одинаковые фамилии? – поинтересовалась Зара.
Ру попыталась заступиться за грабителя:
– Неужели обязательно говорить гадости, как вздорная бабка?
Юлия пнула Ру и прошипела:
– Не лезь не в свое дело, Ру!
– После этого ты еще говоришь, что мы вырастим ребенка, который сможет противостоять буллингу! Я не допущу, чтобы она так разговаривала с…
– С кем? С грабителем? И это буллинг? Ты всерьез считаешь, что человек с пистолетом может почувствовать себя оскорбленным? – простонала Юлия.
– Я не… – начал грабитель, но Юлия предостерегающе подняла указательный палец:
– Знаете что? Вы заварили эту кашу, так что заткнитесь, пожалуйста!
Зара, разглядывавшая пылинки на своей одежде с таким лицом, будто только что встала с кучи испражнений, заметила:
– Хорошо, что у вашего ребенка среди родителей хоть один не коммунист.
Юлия развернулась к Заре:
– Вы тоже заткнитесь.
На этих словах Зара и правда заткнулась. Чему больше всех удивилась она сама.
