– Говорите, куда вы запрятали Ноду Сторн?!
– Спокойно, Ронг! – Латиани резким ударом отбросил его в кресло. – Никуда ваша Нода не денется. Недельку полечится от истерии и снова вернется к нам. Так уже было несколько раз. Ее-то мы с удовольствием возьмем назад, хотя предварительные изыскания уже закончены. Сегодня машина начнет выдавать продукцию – тысячу научно-фантастических романов в год. Мы в это дело вложили больше ста миллионов соле, а вы, осел эдакий, чуть было все нам не испортили. Хорошо, что автоматическая защита, предусмотренная Дориком, вовремя выключила ток.
Обеденное время уже закончилось, и, кроме обычных завсегдатаев злачных мест да нескольких пар, танцующих под хриплые звуки, извлекаемые из причудливых инструментов маленьким оркестром, в зале ресторана никого не было.
За столиком у окна сидел Карбони. Я попытался прошмыгнуть мимо, но он меня заметил:
– А, Свен! Идите сюда!
– Простите, – сказал я, – но у меня…
– Садитесь! – Карбони поднялся со стула и, пошатнувшись, схватил меня за плечо. – Садитесь, вам говорят! – рявкнул он на весь зал.
Несколько молодых бездельников, сидевших поблизости, прекратили разговор и обернулись в нашу сторону в предвкушении скандала.
Я вздохнул и сел.
– Что вы будете пить? – спросил Карбони.
– Кофе, – ответил я.
– А мне коньяк, – сказал он официанту, – полный фужер.
– Сюда?
– Нет, на эстраду. Барабанщику.
– Я не знал, что вы такой поклонник джаза, – сказал я, наблюдая, как барабанщик, продолжая одной рукой ударять тарелкой, другой взял фужер и мгновенно опрокинул его в рот. При этом он поднял на Карбони взгляд, преисполненный злобы.
– Ничего, ничего, – пробормотал тот, – сам виноват во всем, скотина!
– Кажется, он не очень доволен вашим подношением, – снова сказал я.
– Он вообще ничем не бывает доволен. Ведь это профессор Эрдох, впрочем, точнее – бывший профессор Эрдох.
«Эрдох… – Почему-то это имя было мне знакомо. – Эрдох. Неужели это тот самый профессор Эрдох, у которого я был в лаборатории лет десять назад?»
– Он физиолог? – спросил я.
– Нейрофизиолог, кибернетик, математик – все, что хотите. Непризнанный гений, играющий на барабане. Не правда ли, забавно? – Карбони оскалил желтые зубы и рассмеялся.
– Но почему он здесь?
– Занятная история. Если хорошенько попросите, могу рассказать.
Я пожал плечами и встал.
– Ладно, ладно, – примирительно сказал Карбони, – садитесь, я пошутил. Вы слышали что-нибудь о его работах?
– Очень мало. Когда разнесся слух, что он экспериментирует на людях, газета поручила мне взять у него интервью.
– И он вас, конечно, выставил?
– В самой грубой форме.
– Иначе и не могло быть. Неужели вы рассчитывали, что он станет сам против себя свидетельствовать в печати? Он и так был достаточно неосторожен, опубликовав статью, поднятую всеми на смех. Впрочем, вряд ли вы об этом можете знать.
– Кажется, я что-то припоминаю. Речь шла о перенесении в машину черт, свойственных определенному индивидууму?
– Ну нет! Эрдох не настолько глуп, чтобы заниматься подобной ерундой. Просто он выдвинул предположение о возможности передачи индивидуальных черт одного человека другому. Этим выступлением он полностью открыл свои карты, и только обычный кретинизм ученых заставил их пропустить мимо ушей его идею. А ведь тогда уже Эрдох добился больших успехов, экспериментируя на животных. Ему удалось перенести условные рефлексы, выработанные у собаки, трехмесячному щенку, полностью изолированному от внешнего мира.
– Мне приходилось уже о чем-то подобном читать, – сказал я. – Обучение в состоянии гипноза и всякие такие штуки.
– Обучение! – заржал Карбони. – Да плевать хотел Эрдох на обучение! Тогда он уже давно бросил читать лекции. Поверьте, что его меньше всего беспокоил вопрос, как лучше вдалбливать знания в головы молодых тупиц. Просто он хотел дублировать самого себя.
Пьяная болтовня этого субъекта начинала меня раздражать.
– Мне не нужны темы для фантастических рассказов, – сказал я, кладя деньги на столик, – а вам я советую меньше пить днем.
Неожиданно лицо Карбони покрылось красными пятнами.
– Фантастических? – переспросил он. – А знаете ли вы, что каким бы мерзавцем ни был Эрдох – это ученый, которому нет равного во всей Дономаге. Этот человек может творить чудеса, превосходящие самое изощренное воображение фантаста. Эрдох – гений, может быть злой, но гений!
– Что же сделал, в конце концов, ваш гений? – спросил я, поняв, что, пока Карбони не наболтается всласть, мне от него не отделаться.
– Что сделал? Боюсь, что вы просто этого не поймете. В общем, он научился подслушивать разговоры в толпе. Вот и все, если разобраться. Подслушивать разговоры, ведущиеся в мозге маленькими компаниями клеток.
– Он что, расшифровывал энцефалограммы? – спросил я.
– Энцефалограммы! – фыркнул Карбони. – Никогда бы он ничего не сделал, изучая эти дурацкие кривые. Все дело в том, что Эрдох… – Карбони запнулся и несколько минут внимательно меня рассматривал. – А вы хитрец, Свен! Хотите у меня все выведать, чтобы потом тиснуть статейку?
