Но чтобы не услышать нам то же самое, когда душа наша разлучится с телом и, оскверненная, предстанет пред тем чистейшим Царем, постараемся, прежде чем зайдет наше солнце (то есть прежде своей смерти), очистить и убелить паче снега одеяние души слезами покаяния, воздыханиями и сокрушением сердца, а наипаче всего памятью Божией. Потому что память Божия, воздыхание из глубины сердца и сокрушение сердечное изводят эти спасительные слезы. А слезы сердечного сокрушения и памяти Божией просветляют мысль, очищают ум, который является украшением души, и соделывают его всего светом, всего чистым и незапятнанным.
Внешне слезы кажутся земным ничтожеством, что на самом деле не так. В умопостигаемом мире слезы — это явление небесное. Потому что этими слезами омывается умопостигаемое одеяние души и становится более чистым и белым, чем свет. То есть когда кто-либо проливает слезы по Богу, ум его просветляется, а мысль просвещается светом покаяния. И тогда одеяние души его становится светлым, как прежде, когда оно не было осквернено, как беззаконным деянием, по-стыдным сосложением. Тот факт, что ум человека просветляется, а мысль просвещается либо слезами любви Божией, либо слезами покаяния, становится понятным из следующего.
Когда ум и мысль человека очистятся посредством слез, как мы сказали, тогда человек видит не только благородство души и ее родство с Ангелами и другими невещественными творениями Божиими, но даже зрит в вышних Вышнего Бога, незримого. И созерцает это настолько, насколько вмещает то человеческая природа, насколько позволяет то чистота его мысли, насколько позволяет просвещение, которым просветился ум от многого пролития обильных слез. Это показывает и то, что сказал некто из мудрецов: «Ум зрит Бога». То есть насколько ум очищается обильными слезами любви Божией, настолько зрит славу Божию.
Если же в сердце нет любви Божией, то невозможно увидеть славу Божию. Потому что когда нет в сердце любви Божией, тогда не ведаешь того, что есть слезы любви Божией. А когда не проливаешь слез по Богу, тогда как очистятся твой ум и мысль от мглы греха? Грехом же я называю все то, что препятствует уму пролить слезы любви Божией.
Поэтому мы и говорим, что пока ум не очистится слезами, не может увидеть славы Божией. И не может он вкусить в своем сердце благодати и утешения Святого Духа. То, о чем говорю я, ведают только те рабы Божии, которые в своей душе вкусили благодати и утешения. А сердце того, кто в своей душе не вкусит некоторым образом существенно и на самом деле благодати и радости Божией, не может быть уязвлено любовью Божией. Следовательно, такой человек не может освободиться от желания и стремления сердца к земным вещам.
Потому что чем наслаждается сердце человека, чего оно желает, чему работает, того рабом и является.
