— Где она? — ага, как же тут без рыжего?
— Так, а теперь быстро объясни мне, что это было, — я придержал его за плечи. Ромми попытался вырваться, но не тут-то было. Я что, зря что ли, в тренировочном зале по шесть часов каждый день торчу?
— Да, понимаешь, она попыталась его в себя магией крови влюбить, — он хихикнул. — А у дроу на неё полный иммунитет. А так, как наш сосед полукровка, да ещё к тому же некромант, то чары вместо полной нейтрализации срикошетили по Олирии. Ну, видно сильный она заговор применила. Результат ты видел. Теперь мне надо эту сумасшедшую вылавливать и в госпиталь тащить. Эх, лучше бы на уроках посидел… Слушай, а может ты мне поможешь? — он с надеждой посмотрел на меня.
Не, ну, что за день? Всем от меня чего-то надо.
Тут раздался крик разъярённого сиара:
— Где он?
Я быстро замотал головой. Нет уж, пусть со своими психами сами разбираются, а у меня тренировка. Быстро похватав всё нужное я помчался к замку: за опоздание Саран наказывает сурово.
Да, что за день такой сумасшедший? Почему сегодня все девушки, как с цепи сорвались? Сначала Олирия, теперь, вот. Роксэна…
Рок. С ней я познакомился в первый день учёбы: мы были в одной пятёрке. Дочь кузнеца, она с детства мечтала помогать людям. И попав в Академию, хотела стать алхимиком — целителем, но не получилась: попала на Воздушный факультет в боевики. И правильно, нечего оборотням на алхимиков учиться, их и так в Академии мало. Но дочь кузнеца оказалась упряма как никто и уже неделю доставала ректора Академии, желая поменять специализацию…
— Нет, ну, ты представляешь, — бушевала она сейчас, я едва смог увернуться от её энергичного удара тренировочной палкой, — он мне не верит! Говорит, что девушка с такой внешностью, как у меня не может быть такой доброй, — ещё один удар, который я с трудом отбил.
Даа, я бы тоже не поверил. Ну, сами посудите: длинноногая девица с агрессивной внешностью и таким же характером. Ладно, красные глаза можно списать на недосыпание, растрёпанные чёрно-белые волосы — на неудачный алхимический эксперимент, но белоснежные длинноваты клыки, вызывающе выглядывающие из под верхней губы, объяснить было нечем.
— Так и сказал? — засомневался я. — А при всех таким вежливым казался…
— Не придирайся к словам, — хрясь… она со злостью ткнула деревянным шестом в мой живот. Дьярлинг, попала. — Конечно, он сказал в других выражениях, но общий смысл именно такой.
Рок встала рядом, опираясь на палку. Нет, вроде такая худая, а силы жуть как много. Бооольно! Посмотрев на её расслабленную довольную фигуру, я не выдержал:
— Да, что с тобой такое сегодня? Он же тебе сто раз отказывал, постоянно находя для этого кучу разных причин и ничего. Что случилось? Почему ты сегодня такая злая?
— Эээ… понимаешь, — невероятно, она покраснела. — Ну, ты мужчина, тебе не понять…
— Рок, я же твой боевой товарищ. Не возлюбленный, конечно, я пойму.
— Это трудно объяснить, — произнесла она, всё больше заливаясь краской.
— А ты попробуй.
— Нууу, просто у меня женские дни, — наконец выдала она.
— В смысле? — эт ещё что такое?
— Я же говорила, что ты не поймёшь, — взъелась девушка, тыкая мне в плечо шестом.
— Так, — сделал физиономию похмурее, — давай успокойся и попробуй мне всё объяснить.
— Объяснить? — она серьёзно задумалась. Пришлось выводить её из этого состояния шлепком палки по мягкому месту. Она тут же разорвала дистанцию.
— Короче, женские дни — это, когда ты хочешь переспать с девушкой, а она говорит, что не может, — Рок произнесла это так забавно краснея и судорожно сжимая оружие, что я не стал её дальше расспрашивать. Хотя мне ни дарка не понятно.
— Эй, Ван, Рок, кончайте бездельничать! Покажите мне настоящий бой, а не драку обкурившихся куитов. У вас завтра экзамен, а вы тут дархан знает чем занимаетесь! — о, Саран тут как тут.
Эх, делать нечего, придётся заниматься. Будем считать, что женские дни — это коллективное помешательство всего женского пола в целом. Во, как загнул!
Прейдя домой, я не поверил своим глазам: полупьяный полукровка и «рыжий ворюга» сидели в гостиной и мирно (!!!) распивали неизвестно откуда взявшийся пирт. Интересно, а у парней бывают женские дни?
— По какому поводу пьём? — задал я закономерный вопрос.
— Временное примирение, — пьяно улыбнулся мне в ответ Эрти.
— Примирение? Почему? До каких пор? — тут нельзя не удивиться: эти двое грызлись друг с другом каждый день по любому поводу, и я даже ночью частенько просыпался под их крики.
— Пока мы в немилости у Олирии, вся нервотрёпка отменена, — вздохнул Ромми.
Так, это уже до крайности интересно. Я бросил свои вещи в дальний угол и решительно развалился на диване.
— Так, рассказывайте всё по порядку!
— Хи-хи, и это мне вы говорите, что я постоянно командовать вами пытаюсь? — улыбка Эрти стала ещё шире.
— Я не командую, Я сгораю от любопытства! — «праведно» возмутился я.
— Ладно, сейчас всё будет, а то нам после тебя пепел выметать лень. Держи, — рыжий протянул мне бокал. Я хлебнул: обалденно! Никогда такого пирта не пробовал. — Ты же помнишь, что было утром?
— Такое захочешь — не забудешь.
