«
«Ну уж это я и сам сообразил, — недовольно подумал Алеша, выцеливая очередного скелета. — Интересно, а Викуло выстоит против небольшого паровозика?»
Богатырь Илья Мур
Илье было тяжело.
Все-таки механика Второго Шанса несколько отличалась от привычного ему пчеловодства. В голове богатыря никак не могло уложиться, что уже через два часа после установки улья, можно было собирать мед.
К тому же на каждый улей приходилось тратить по одному свитку очищения, что не улучшило настроения Мурома.
Не будь у него обширной практики в реальном мире, дело бы затянулось на пару часов дольше, а то и бросил бы совсем, махнув рукой на сотню мелочей, которые требовалось выполнить для создания пасеки.
Благо хоть в настройках-ползунках, Илья разобрался с первого раза. Муром не стал наглеть и установил откачку меда в скромные 10% от дневного сбора, повысив таким образом лояльность пчел и снизив их агрессивность.
Установив все улья и разместив у каждого поилку, Илья с чувством выполненного долга размял спину и принялся с удовольствием читать системные уведомления.
Выполнено задание: одомашить рой диких пчел
Награда: ежедневный урожай меда с различными характеристиками (зависит от близлежащих цветов и растений и от ухода за пчелами)
Вы создали пасеку в селе Малые Выхи
Ваша репутация с жителями села Малые Выхи выросла на 500 пунктов. Текущий уровень — Уважение. До Почтения 5545 пунктов
Вы улучшили инфраструктуру села Малые Выхи. Староста села, уважаемый дядька Плехан, ждет вас у себя в избе для вручения награды
— Успел, — довольно прошептал Илья, с любовью оглядывая ровные ряды деревянных ульев, над которыми то и дело сновали самые обычные пчелки, — осталось парочка нюансов.
Илья, получив несколько часов назад письмо от Алеши, спешил как мог, чтобы успеть улучшить инфраструкту села и поднять, наконец-то, репутацию с Малыми Мхами до Уважения. Но того, что отвалят целых 500 очков, Муром никак не ожидал.
Квест квестом, а мед был для Ильи все же важнее.
Без этого жидкого золота ажиотаж, старательно раздуваемый на аукционе при активном участии Вовочки, готов был лопнуть с недели на неделю.
Богатырь склонился над поилкой первого улья и капнул в родниковую воду пару капель травяного отвара, повышающего Телосложение и Силу. Во вторую поилку, Илья капнул другого отвара — на Телосложение и Ловкость, ну а в третью — зелье, повышающего Телосложение и Интеллект.
После чего, внимательно осмотревшись по сторонам и не найдя следов чужого присутствия, достал из инвентаря несколько десятков драгоценных камней, которые, будучи инкрустированными, давали оружию определённые свойства.
Муром, делая вид, что осматривает аккуратные деревянные домики на предмет неровностей или пропущенных трещин, по очереди защёлкнул камешки в специальные ниши, выделанные в основе каждого улья.
На каждый короб пришлось по два камешка. Первый везде был одинаковый — на скорость.
Илья рассудил, что даже если скорость сбора нектара увеличится на 5%, то и прибыль, соответственно возрастет, и он сможет брать у пчел не десять, а пятнадцать процентов собранного за день меда.
Ну а второй камешек в каждом улье был свой.
На силу удара, на скорость чтения заклинаний, на небольшой отжор при атаке, на уклонение, удачу и так далее. Илья всерьез рассчитывал получить от системы какую-нибудь плюшку, и его интуиция во всю кричала, что этой плюшкой может стать Ремесло.
И пусть не ему, а Добрыне, но повезти должно было обязательно!
Увы, но у него самого, из-за прокачиваемой Харизмы и Торговли, свободных слотов под новые характеристики не осталось.
'Не спеши делить шкуру неубитого медведя, Менделеев! — подумал Илья и, не обращая внимания на усталость, принялся сцеживать мед с первого улья, над которым засветилась видимая только ему полоса загрузки, достигшая ста процентов.
В отличие от Добрыни, Илья не мог позволить, чтобы о существовании пасеки узнала хоть одна живая душа. Муром, вспомнив про друга, написал ему небольшое сообщение-напоминалку и склонился над очередным ульем.
Не успел игрок отправить сообщение, как ему на почту упали одно за другим несколько писем.
«Ну Алеша! — восхищенно подумал Илья, не зная, что ему делать ругаться или радоваться. — Ну торопыга! Ох чует мое сердце, времени все меньше и меньше у нас остается!»
