Однако в XIX веке дочь образованного мужчины была куда более невежественна в бытовых вопросах, нежели в литературе. Одна из причин этого подразумевается в данной цитате: «Считалось, будто большинство мужчин столь „недобродетельны“, что почти все они способны докучать и досаждать (или того хуже) молодым девушкам без сопровождения» (Мэри, графиня Лавлейс[292], «Общество и светское время», из сборника «50 лет. Контраст воспоминаний. Общая картина периода 1882–1932», с. 37). Поэтому женщина была ограничена узким кругом общения, а ее «невежество и безразличие» ко всему за его пределом простительны. Связь между этим невежеством и концепцией мужественности XIX века, согласно которой, пример тому Викторианский[293] герой, «целомудрие» и возмужалость несовместимы, очевидна. В известном изречении Теккерей[294] сетует на ограничения, которые накладывали целомудрие и возмужалость на все его творчество[295].
{2} Наше мировоззрение по-прежнему столь косное и антропоцентричное[296], что было совершенно необходимо выдумать этот неуклюжий термин, дочь образованного мужчины, дабы описать целый класс женщин, чьи отцы получили образование в государственных школах и университетах. Очевидно, что если термин «буржуа» подходит для ее брата, то абсолютно неправильно использовать его в отношении того, кто так сильно отличается от него по двум основным критериям буржуазии — деньгам и окружению.
{3} Количество животных, истребленных в Англии за прошлый век ради спорта, не поддается исчислению. 1212 — такое среднее число приводится при описании одного дня стрельбы в Чатсуорте[297] 1909 года (Герцог Портлендский[298], «Мужчины, Женщины и их Положение», с. 251). Лишь небольшое упоминание о женской охоте можно встретить в спортивных мемуарах; само появление дам на стрельбище служило поводом для едких замечаний. «Скиттлз»[299], знаменитая наездница XIX века, слыла женщиной легкого поведения. Вероятнее всего, в то время предполагалась некая взаимосвязь между спортом и распущенностью женщин.
{4} Джон Бакен[300], «Фрэнсис[301] и Риверсдейл[302] Гренфеллы», с. 189, 205.
{5} Граф Литтонский[303], «Энтони[304] (Виконт Ньюбворф)», с. 355.
{6} «Поэмы Уилфреда Оуэна» под редакцией Эдмунда Бландена[305], с. 25, 41.
{7} Тост Хьюворта[306] «за Англию» на банкете общества Св. Георга в Кардиффе[307].
{8},{9} «Daily Telegraph[308]» от 5 февраля, 1937 г. [В. Вулф верно цитирует епископа Лондона, однако слов епископа Бирмингема нет в указанной газете того дня. Вместо этого в статье приводятся слова Хью Ричарда Лори Шеппарда (1880–1937) — известного пацифиста и священника собора Святого Павла: «Война есть олицетворение человеческой слабости и пустоты, обязанность христиан — не иметь с ней ничего общего»].
{10} Есть, конечно, и у образованных женщин один неотъемлемый козырь — дети; и способ помочь предотвращению войны — отказаться рожать. Подобного мнения, например, придерживалась госпожа Хелена Нормантон[309], говоря: «Единственное, что могут сделать женщины любой страны для предотвращения войны — отказаться производить „пушечное мясо“» (Протокол Ежегодного Совета Равных Граждан, «Daily Telegraph» от 5 марта, 1937 г.). Письма в газетах зачастую поддерживают такую точку зрения. «Я объясню мистеру Гарри Кэмпбеллу[310], почему женщины сегодня отказываются заводить детей. Научившись управлять страной, мужчины должны вести дела так, чтобы война ударяла по тем, кто разжигает конфликт, а не выбивала из строя мирных людей — тогда, быть может, женщины снова захотят иметь большую семью. Зачем ей рожать в той обстановке, что творится сейчас?» (Эдит Мачурин-Порч, «Daily Telegraph» от 6 сентября, 1937 г.). Снижение рождаемости среди интеллигенции, по-видимому, свидетельствует о том, что образованные женщины вняли словам миссис Нормантон. При схожих обстоятельствах около двух тысяч лет назад Лисистрата[311] давала такой же совет.
