Три гинеи полностью

^{17} Согласно Новогоднему Списку Почестей[339] за 1937 год, 147 мужчин получили звания и титулы — и всего 7 женщин. Очевидно, что такую статистику нельзя использовать для соизмерения их страсти к подобным достижениям. Но женщине, бесспорно, гораздо легче отказаться от славы. Интеллект, грубо говоря, является важнейшим профессиональным достижением мужчины, а звезды и ленты на его одежде — основным способом демонстрации этих достижений; главным же показателем профессиональных достижений женщины служит красота. По этой причине настолько же неразумно просить Его отказаться от Рыцарства, как и Ее — от нарядов. Суммы, выплачиваемой в 1901 году за Рыцарство, хватило бы для оплаты весьма внушительных потребностей женщины в одежде. «21 апреля (воскресенье) — встретил Мэйнелла[340], который, как всегда, сплетничал. Оказывается, долги Короля неофициально гасятся за счет его друзей, у одного из которых одолжили 100 тысяч фунтов, за что он взял себе четверть суммы в виде процентов плюс деньги за Рыцарство» (Уилфред Скоуэн Блант[341], «Мои дневники», ч. 2, с. 8).

^{18} Обычному человеку сложно узнать точные цифры. Но существенность этих доходов предположительно следует из восхитительного очерка, опубликованного несколько лет назад мистером Дж. М. Кейнсом[342] в «The Nation[343]» об истории Клэр-колледжа[344] Кембриджа. Говорят, «публикация книги стоила 6тысяч фунтов». Ходят также слухи, что группа студентов, возвращавшихся рано утром на кампус после очередного праздника, заметила в небе облако, по форме напоминавшее, как им показалось, женщину, вымаливающую знак свыше; она стояла в потоке лучистого света и произносила одно только слово «Крысы!». Это было воспринято как подтверждение слов из вышеупомянутого номера «The Nation» о том, что студентки одного женского колледжа неимоверно страдают от «холодных скрипучих полов в спальнях на нижнем этаже, который кишит грызунами». Видение, таким образом, как бы подчеркнуло, что если джентльмены из Клэр-колледжа хотят оказать ей честь, то лучше выписать чек в 6000 фунтов на имя директрисы, чем издавать книгу «пусть даже на самой дорогой бумаге и в лучшем льняном переплете…». И нет ни грамма вымысла в других словах из вышеупомянутого номера «The Nation» о том, что в прошлом году из юбилейной премии и частных пожертвований «Самервилл-колледжу[345] перепала лишь жалкая сумма в 7000фунтов».