– Вы его знаете? – спросил я пожилого соседа, кивнув в сторону быстро удаляющегося участника нашей группы.
– Знаю, – с определенной неприязнью отозвался Пахомов. – Сергей Колодин. Около сорока пяти. Живет в ближайшем от нас поселке «Малые березы». Состоит в гражданском браке с Алёной Губановой. У нее есть сын лет восемнадцати. В его же заслуги можно записать разве что три года заключения.
– Ого! И за что он сидел?
– За активное участие в пьяной драке. Он любит говорить, что защищал честь оскорбленной дамы. Мне же вериться, что из-за бутылки с водкой. Дело давнее.
Мы добрались до берегов реки почти к полуночи. Но еще до того, как ее проточные воды попали в круги лучей нашего фонаря, мы услышали ее шум. Стало ощутимо холоднее. Изначально просто воздух стал влажным и густым от тумана. Еле слышный ранее ветерок, зашумел в ветвях ив, что росли на берегу. На наш зов так никто и не откликнулся. Колодин первым поспешил спуститься к берегу вниз. Я уже успел испугаться, что он кубарем упадет в воду, но тот не только не упал, но и остановился у самой кромки воды. Приложив ладони ко рту, он прокричал имя пропавшей девушки сначала в одну сторону, потом в другую.
Без ответа.
– Подай посох, любезный! – обратился он ко мне. – Попробую исследовать дно реки.
Я без замедлений отдал ему желаемый предмет, и он с невероятным усердием принялся тычками осматривать дно реки, при этом, не уставая требовать, чтоб ему осветили фонарем тот или иной интересующий его участок. В тот момент я восхитился его усердием и соучастием. В моей голове даже пронеслась мысль о том, что будь в каждой группе по столь активному участнику, осмотры местностей заняли в разы меньше времени. К сожалению, тогда до меня не достучалась мысль, что преступники, – и в частности маньяки, – не редко участвовали в поисках своих жертв и старались показывать себя с лучшей стороны. В тот момент я мог думать только о пропавшей девушке. Что с ней стало? Где она? Больно ли ей? Жива ли она? Найдем ли мы ее или же другая группа? Найдется ли она вообще?
– Если она и была в воде, то ее могло унести либо течением, либо ее тело застряло в корнях деревьев, – подытожил Сергей, взбираясь по глинистой поверхности берега. Он вытянул руку вперед, и я помог ему взобраться на заросшую сухим бурьяном землю.
– Тогда нам следует идти вдоль реки по направлению течения, – заключил Пахомов.
– Вперед и с песней!
К счастью это оказался только фразеологизм и Колодин не стал выносить на наш суд свой музыкальный талант. Он, как и прежде шел впереди, мы же шли следом. Пару раз мне пришлось поддержать за локоть Пахомова, который в темноте спотыкался о кочки и неровности. Или же всему виной была банальная усталость, которая в длительных забегах быстрее нагоняла пожилых людей.
– Как вы себя чувствуете? – обратился я к Пахомову.
– На все свои годы, – усмехнулся он, глядя исключительно вперед. – Но я бы согласился на боль в спине, кровавые мозоли и даже воспаление легких, лишь бы девочка нашлась.
– Марина! – закричал Колодин.
– Боюсь даже представить, что чувствуют сейчас ее родители, – сказал я с дрожью в голосе. – У меня самого дочь и я как не стараюсь отрешиться, все равно сопоставляю себя с ними. На их месте, я, наверное, сошел бы с ума.
– Человек гораздо сильнее, чем ему кажется, – со знанием дела, отозвался Пахомов. О том, что он на самом деле знал, о чем говорит, выяснилось позже. – В нашем организме заложено немало защитных реакций, которые блокируют чувства в самых тяжелых моментах жизни. И все это делается для того, чтобы мы стойко выполняли наложенные на нас обязанности.
– Марина!
– Согласен с вами. В конце концов, я смог перебороть себя и уже более месяца работаю в морге.
– Кстати, как твои отношения с Безбородовым? – поинтересовался Пахомов, водя фонарем то по одной стороне берега, то по другой. Ширина реки была в среднем примерно пятнадцать метров, а потому луч света на противоположном берегу рассеивался.
– Ну, сквернословить в моем присутствии он перестал. И пьяным на рабочем месте я его больше не видел. Возможно, он пьет после работы, но утром он как всегда приходит бритым, расчёсанным и опрятным.
– В последнее время мы с ним перестали видеться, по той причине, что он практически не бывает трезвым, а я же наоборот – на дух не переношу запах спиртного. Рад слышать, что твоё присутствие на него столь благоприятно влияет.
– Я тоже. Приходи он пьяным, мы бы с ним не сработались. Это точно.
– И он наверняка по этой части придерживается того же мнения. А раз он перестал пить – это может значить только одно.
– И что же?
– Марина!
– То, что ты завоевали его доверие. И он готов оставить свое место.
– А мне казалось, что он просто хочет произвести хорошее впечатление на главврача и доказать свою состоятельность как профессионала в своем деле.
– Вовсе нет. Ты ему явно нравишься. Возможно, он отказался от вредной привычки по оглашенной тобой причине в первые дни. Сейчас же, причина в уважении к тебе.
