По моей спине прошелся холодок. Неужели с меня так просто считывалась информация. Или это только Безбородов был столь проницательным?
– Нет! – твердо ответил я, добавив при этом зрительного контакта.
– Я бы поверил тебе, честно. Будь мне в два раза меньше лет. Но с годами я научился «читать» людей, не только по их внутренностям, но и по лицам. И сейчас я вижу, что ты мне врешь. А еще я вижу, что девица, стоящая в том углу и притягивающая тебя словно магнитом имеет отношение к смерти нашего коллеги.
– У вас нет ни малейших доказательств для подобных утверждений! – слегка повысил я голос.
Безбородов усмехнулся и отошел в сторону. Вскоре он нашел себе другого собеседника в лице главврача Селина. Я же перестал искать поводы и просто направился к Евгении.
Заметив мое приближение, она настороженно взглянула в сторону покойного, затем снова на меня. Я мог ошибаться, но такая реакция от молодой женщины могла значить только одно: ей стало страшно. И этот страх был явно связан с Красновым. Похоже, в прошлом был случай (а может и не один), при котором некий мужчина решил пообщаться с ней в присутствии Анатолия. Была ли это попытка познакомиться с красивой девушкой с его стороны или же просто желание попросить о помощи? Не столь важно. Важно другое – Краснов отреагировал крайне агрессивно. Что же произошло? Он подрался с «наглецом» или же дома применил грубую силу в адрес своей тогда еще жены? Что бы это ни было, воспоминания о произошедшем до сих пор пугали Евгению. Настолько сильно, что она даже на миг позабыла о факте кончины Краснова.
Когда я уже подошел вплотную, она окончательно скрыла свой страх, вместо этого её лицо немного осветилось нежной улыбкой.
– Здравствуйте, Алексей. Рада, что вы подошли.
– Я первый кто это сделал? – осведомился я, обернувшись назад и оглядев всех присутствующих на церемонии.
– Да, и я этому несказанно рада. Не хочу привлекать к себе внимание. К тому же Татьяна Егоровна, – мать Анатолия, – нуждается в поддержке больше меня. А ещё, в отличие от меня, она по-прежнему любит его. Мне же просто хотелось побыть в сторонке и поскорее забыть этот день. Также мне хотелось попросить у вас об одолжении.
– Я весь внимание, – мигом отозвался я.
Евгения достала из сумочки телефон и протянула его мне.
– Это смартфон Анатолия. Когда-то я купила его в подарок. Вы не могли бы передать его Татьяне Егоровне? От меня она не захочет ничего принимать. Мы с ней не слишком ладили и раньше, после развода и вовсе перестали общаться. Сейчас, после гибели ее сына, опасаюсь, что она просто вцепиться мне в лицо или заревёт белугой.
– А что если наоборот – захочет с вами помириться? Бывает трагедия сближает людей, которые не находили ранее общего языка.
– Бывает и обратное, – засомневалась Евгения. – Если вы в очередной раз поможете мне и передадите ей телефон, при этом у нее возникнет желание помириться со мной, тогда я подойду к ней.
Я забрал телефон и, пообещав вернуться как можно скоро, направился к женщине в инвалидном кресле. Дождавшись, когда от нее отойдет человек, приносящий свои соболезнования, я подошел к ней вплотную.
– Вы ведь уже были у меня, – заметила старуха, вытирая салфеткой нос, затем глаза. – Алексей, не так ли?
– Все верно. Я подошел, чтобы передать вам кое-что.
– Что это?
– Телефон вашего сына. Будет правильно, если он останется у вас.
– Это ведь она послала вас ко мне, – с явным презрением изрекла мать Краснова, кивнув в сторону Евгении. – Сама она не смогла подойти.
– Она хочет, но опасается вашей реакции.
– И правильно делает! Пусть опасается! – эти слова были произнесены достаточно громко, чтобы услышали все находящиеся в зале, в том числе и Евгения. – Мне ничего не нужно! Такими телефонами я не могу пользоваться, у меня есть свой попроще – кнопошный! К тому же, он точно не вернет мне сына! Пусть оставит его себе! Ведь ей всегда были важнее деньги и красивые цацки, а не мой сыночек! Бедный мой сыночек….
Она зарыдала в голос, из-за чего все уставились на нас. Мне стало ужасно неловко, будто причиной рыдания немощной старухи стали мои увесистые оплеухи. Попытавшись успокоить ее и поняв, что все мои старания тщетны, я отошел в сторону.
– Вы сами все слышали, – произнес я, вернувшись обратно к Евгении.
– Нет, он мне не нужен, – приподняла она ладони вверх, стоило мне протянуть смартфон назад.
– Поверьте, мне он тоже не нужен.
– Тогда, сделайте еще одно одолжение. Положите его Анатолию в карман пиджака. Сама я не смогу.
