Велела ей девушка очень сильно, очень жарко печь натопить. Натопила женщина печь. Потом велела девушка веник принести. Принесла женщина веник. Достала девушка ребенка из люльки и давай веником обхаживать, как в бане. А сама бормочет: «Свое забирай, наше отдавай, свое забирай, наше отдавай!» Сказала так несколько раз, и превратился ребенок в куклу. Бросила она куклу в печку.
Заплакала женщина, запричитала:
— Что же ты наделала?! Где теперь мой ребенок?
Улыбнулась ей девушка и ласково говорит:
— Не плачь, мама, я — твой ребенок. Я твоя дочь. Давным-давно, когда была я совсем маленькой, в колыбельке лежала, украл меня злой пэри, а на мое место куклу положил. И наколдовал, чтобы она все время плакала.
Обрадовалась женщина, когда узнала правду. И джигит обрадовался. Понял он, что жена его — настоящий человек, а не пэри.
Погостили немного в этой деревне молодожены, потом забрали мать и поехали туда, где у джигита дом. А сумка-то непростая оказалась — появились в ней золотые монеты и никогда больше не заканчивались. И лошадь оказалась лучше любого скакуна.
Хорошо, мирно и богато стала жить эта семья. И так они друг друга любят, что, говорят, и сейчас еще вместе в той деревне живут.
А бедная птичка просит:
— Ах, сова, сильна и умна ты. Сомнений нет — сейчас меня съешь. Но скажи, пожалуйста, мне свое имя. Перед смертью хочу я узнать имя победительницы.
Прошипела сова, чуть-чуть разжав клюв:
— Меня сафут Яфэлэк.
А птичка снова просит:
— Ах, могущественная сова, не расслышала я твоего имени. Скажи, пожалуйста, погромче.
Распахнула тоща сова свой крепкий клюв и громко сказала:
— Ме-ня зо-вут Я-ба-лак!
А пока она говорила, выскользнула птичка из совиного клюва и упорхнула на свободу.
Расстроилась сова. Сидит на дереве и рассуждает вслух, сама с собою:
— И зачем я так расстаралась?! Как будто эту обманщицу научить хотела — каждую буковку имени своего громко и четко сказала я! Уж не бросить ли мне охоту и не пойти ли работать учителем языка родного?..
