Ролан с места не мог тронуться, у него отяжелели ноги, его трясло от ужаса, а следовало спасаться. Человек он неглупый, прекрасно понимал: раз сюда явились вооруженные люди, всем крышка, не поможет статус, а здесь только статусные люди собираются. Он был уверен, что их никто не тронет, но что-то пошло не так, видимо, под них давно копали. Лично Ролан в ритуалах-оргиях не участвовал, а то, что делается внизу, называли ритуалами, дабы придать оргиям таинственного флера.
Но вот он собрал силы и выглянул в коридор. Там было пусто, а входная дверь распахнута. Ролан рванул к выходу, добежал до ворот, всего на секунду задумался… и спокойно, слегка вальяжно вышел на аллею, подошел к ментовозке и стукнул ладонью по железу:
– Ребята, там людей не хватает, просили позвать, кто будет…
– А ты кто? – выглянул из машины спецназовец.
– Подсадной, – сказал Ролан, а у самого поджилки тряслись.
Его увидели в «башне» Майера, а также двух парней из команды Болдина, которые побежали назад в дом. Ясней ясного, что Роменских их обманул, они-то не в курсе всех тонкостей. Женя просто взвился:
– Пал Игоревич! Смотрите, что делает, что делает…
– Вижу, – проговорил тот, беря рацию, но не воспользовался ею. – Ай, черт, линяет! Бегом, Женька, за мной!
– Не успеем… – на бегу стонал Женя.
На лестнице он обогнал длинноногого Терехова и… все равно не успел. Из дома выбежала Алиса, видя растерянных мужчин, запаниковала:
– Павел Игоревич, что стряслось? Что не так?..
Терехов ходил по крыльцу и досадливо взмахивал рукой с пистолетом, Сорин ответил вместо следователя:
– Сбежал фигурант на своей тачке, на которой привез девчонку.
– Ролан Роменских, – наконец зло выдавил Павел. – Ох и хитрая сволочь. Ну, ничего, выловим.
– Как сбежал?! – сделала круглые глаза Алиса.
Павел лишь пожал плечами и махнул рукой, мол, идите за мной, отправившись к дому Середы, уже не тайком, а обычной дорогой. Как сбежал Ролан – она и остальные узнали позже, все без исключений оценили сообразительность Роменских, выдавшего себя за помощника следственной группы. Откуда могли знать ребята Болдина, что все помощники на месте, а засланных казачков нет? Вел себя он убедительно, к тому же вышел из дома, где находились спецназовцы – кто мог подумать, что блефует!
К сожалению, не обошлось без жертв. В бункере замначальника УВД стал отстреливаться и ранил спецназовца, ранение показалось незначительным, но было больно и крови много, парня перевязали. А стрелявшему Болдин, прибывший после штурма, не без удовлетворения пообещал:
– Наконец ты попался. Лично возьму на контроль ваше кодло. Я занимаюсь безопасностью, а вы представляете угрозу государству.
– Не смеши, – огрызнулся тот – Скорее вас пересажают, а я скоро выйду под залог, потом с меня снимут все обвинения, а потом я вас засажу.
– Помечтай, помечтай, – сказал Болдин. – Говорят, мечты жить помогают в трудные времена, а у тебя теперь до могилы будут они трудными.
Второй раненый – Голем. Как уж случилось, но дверцу спецназовцы плохо закрыли, а в машине остался только водитель. Длинномордый не рискнул бежать, а подельник решился и в наручниках на побег, водитель орать по рации:
– Эй!.. Сбежал тут один!..
К этой минуте возвращался Петр, услышал вопли водилы, кинулся на помощь, ему и честь выпала – подстрелить Голема. Тот рухнул как подкошенный, почудилось, будто земля задрожала от падения такой туши.
Но был и приятный, главное, совершенно неожиданный сюрприз, Павел с Феликсом давно так не радовались: вместе с Витасом Петр захватил и Леньку. Все это время Витас держал парня взаперти, причины… сейчас не до них.
Поскольку перед операцией Павел обзвонил все отделения полиции и просил ставить его в известность, если кто-то из жителей заявит о пропаже девушки, ему и позвонили:
– У нас известный в городе хирург, у него дочь пропала…
– Попросите его подождать, мы сейчас подвезем девочку, может, это и есть его дочь. Скажите ему, она жива и здорова. Ребята, – обратился он к Петру и Жене, – перенесите спящую красавицу в мою машину.
– Паша, я поехал за Настей, она здесь у родителей, – заявил Феликс. – Все равно мы не будем сегодня работать с фигурантами.
– Так ночь же, спит она, – пытался вразумить его Павел, но:
– Спать будет дома, а дом ее теперь у меня.
Феликс запрыгнул в машину и под добродушные смешки коллег первым выехал из Лугового пулей, вот что значит – любовь нечаянно нагрянет.
Он не контролировал себя, сначала не мог дотронуться до девочки, переполошился, ему сказали, что она спит, ей дали наркоз. Тогда он сел рядом, обнял Дашу, гладил по голове, целовал и не то смеялся, не то плакал – никто не понял. Но Павлу понадобилась его помощь, он отвлек отца:
– Борис Борисович, у нас два огнестрела, вы не могли бы помочь с ними? Оба нужны нам, один наш парень, второй преступник, но показания…
– Да… сейчас… – выходя из машины Павла, бормотал он. – Сейчас поедем. Моя машина… перенесем дочь и…
