После зарядки и завтрака с родителями Гермиона Грейнджер отправилась в свой терем проведать Гарри Поттера и опять совместно позаниматься. Тот её встретил радостно. Но озабоченно сказал, что во время уборки и осмотра терема, нашел комнату с живыми существами, которых, наверное, надо кормить, а то подохнут с голоду.
Гермиона и Гарри пошли вместе осматривать местный зоопарк. Оказалось, что это не зоопарк, а тюрьма для разумных существ. В комнате в разных клетках сидели две змеи, крыса, две странных феи с крылышками и два мохнатых гномика. У всех прослеживалось истощение. Если крыса и змеи подавали признаки жизни, то гномики и феи лежали в коме.
Самой бойкой была крыса. Увидев Гермиону, она подбежала к дверце клетки и начала настойчиво скрести её лапкой, оглядываясь на девочку. Гермиона поняла намек и открыла дверку. Крыса быстро выпрыгнула на пол и начала превращаться в женщину. Хотя фигура женщины была стройной, но лицо было некрасивым. Крысиные черты в нем сохранились. Она была немного выше Гермионы ростом, но стояла пригнувшись и выглядела меньше ростом.
Поскольку женщина была голой, то Гермиона прогнала Гарри за одеждой для нее, а сама спросила кто она такая.
- Лариска я госпожа! - хихикнула женщина: - Лариса Ивановна Штольц. Из племени раттов.
- Вы анимаг? - уточнила Гермиона, вспомнив параграф из учебника трансфигурации. Та угодливо захихикав ответила:
- Нет, госпожа, я тотемный оборотень. Что такое анимаг я незнаю.
- Анимаг, это волшебник способный превращаться в животное! - объяснила Гермиона. Та еще больше захихикала и начала объяснять:
- Когда человек обладающий силой волшебной пробуждает в себе свой животный тотем, он свою натуру меняет, отвергая остальные тотемы, что примешались в крови. Десятки тысяч лет назад люди жили племенами и в каждом свой тотем был. Потом кровь племен смешалась, но какой-то крови все же больше. Кто хочет свой тотем вернуть, должен от остальных отказаться. Это сильно меняет и характер и даже внешность и в человеческой личине. Так что оборотничать совсем не просто.
Тут пришел Гарри с одеждой и отдал Лариске. Та быстро накинула мантию и продолжила рассказ:
- Когда я десять лет назад пробудил в себе тотем, то и не думала, что вместе с крысиной шкурой обрету и традиции раттов. Крысиный характер.
- А в чем это проявляется? - настороженно спросила Гермиона.
- Мы ратты служим сильным! - гордо сказала Лариска: - Наше племя лишено амбиций и стремлению к власти. Для нас кто сильней, тот и прав! Вот в тебе госпожа я чувствую силу и готова тебе служить верно. Но если ослабнешь, не обессудь, уйду к более сильному. Нас за это и не любят слабаки. Например, племя канов, собак значитца, они, начав служить сильному остаются с ним до конца, даже если он станет слабым. На мой взгляд, это глупо служить слабакам. Это уже не служба, а рабство какое-то.
- Понятно, - кивнула Гермиона осмысляя: - А если я заставлю тебя клятву верности дать? Исполнишь?
- На тотемных оборотней клятвы действуют, пока не вступают в противоречие с племенной натурой, - честно предупредила Лариска.
- А в чем еще недостатки тотемных оборотней? - поинтересовалась Гермиона.
- Если колдун выжгет в себе иные тотемы и свяжет себя с одним, то и приплод ему давать придется только с одним тотемом, - вздохнула Лариска: - А нас раттов мало. Мало кто из колдунов, узнав, что в нем кровь раттов преобладает, соглашается довести ритуал до конца. Не любят нас иные племена, за принципы наши. Да и внешность у нас отталкивающая. Так что и не чаю, когда смогу семью завести. Такого идиота еще поискать надо, что в крысу оборачиваться решится.
- А как же племена кровь смешали? - удивилась Гермиона.
- Так это только мне нельзя, а моим детям уже можно будет кровь смешивать! - опять захихикала Лариска: - Я же отрекаясь от иных тотемов лишила себя шанса на связь с ними. Тотемный оборотень, или анимаг, как вы говорите, только в первом поколении не может кровь мешать, ибо обет дает перед магией. А на детях такого обета нет.
- Тогда вот еще объясни мне что, если хочешь мне служить, - нахмурилась Гермиона: - Если ты найдешь более сильного мага и захочешь к нему перебежать, я буду не против. Но я против, если ты меня обворуешь, перед уходом! И тайны мои, моему врагу потом раскроешь! Как такого избежать?
- Мы ратты всегда честно предупреждаем сюзерена перед уходом, - обиженно сказала Лариска: - А после ухода забываем все связанное с именем предыдущего хозяина. Это часть крысиного характера. Поэтому у нас не бывает ностальгии и тоски. Хотя само имя и время службы мы помним. Я помню, что служила Матильде Казалуп, по кличке Шапокляк, тете бывшего хозяина поместья. Но что именно я делала по её приказам, не помню. А признав тебя госпожой своей, я уже и дел племянника не помню.
- Увы, я надеялась, что ты мне объяснишь что тут и как, а учитель из тебя плохой... - огорчилась Гермиона.
