«Земля, как известно каждому здравомыслящему человеку, покоится на трех китах…Здание лингвистической фантастики, так уж получилось, тоже стоит на плечах трех титанов, чьи столь разные и по судьбе, и по содержанию книги были написаны почти одновременно, в конце сороковых…»
Земля, как известно каждому здравомыслящему человеку, покоится на трех китах…
Здание лингвистической фантастики, так уж получилось, тоже стоит на плечах трех титанов, чьи столь разные и по судьбе, и по содержанию книги были написаны почти одновременно, в конце сороковых.
Именно эти три автора и три текста определяют развитие жанра до настоящего времени:
Джон Толкиен и его трилогия «Властелин колец» (закончена в 1948, вышла в 1954–1955).
Роберт Хайнлайн и повесть «Бездна» (1949).
Джордж Оруэлл и роман «1984» (1949).
Первого «кита», самого большого, с роскошным и обильным фонтаном над ним, можно обозвать антуражно-лингвистическим: на нем по литературным морям путешествуют тексты, в которых идеи, связанные с языком и его использованием, применяются для создания антуража.
Запустил в плавание этого исполина «Властелин колец» Толкиена, самая известная, пожалуй, фэнтезийная сага.
Даже далекий от фантастики человек знает, что народы, обитающие в Средиземье Профессора, говорят на разных языках и что языки эти обладают словарем, грамматикой, а некоторые даже и письменностью. Толкиен увлекался созданием проектных языков (конлангов) с молодости, он был профессиональным лингвистом и поэтому подходил к делу основательно, можно даже сказать – академически.
Вот как он сам писал о «Властелине колец»:
«…основополагающим «фактом» о всей моей работе является то, что она целостна и фундаментально лингвистична по своему замыслу. […] Это не «хобби» в смысле чего-то совершенно отличного от основного занятия человека, того, чем человек занимается для отвлечения и отдыха. Изобретение языков является основой моих трудов. «Истории» были написаны более для того, чтобы создать мир для этих языков, а не наоборот» [1].
Толкиен создал для своей трилогии полтора десятка искусственных языков, перечислять их нет смысла, упомянем только самые известные и разработанные.
Квенья, высокое эльфийское наречие, основой для которого стали финский, латынь и греческий. После смерти Профессора язык не погиб в безвестности, на нем говорят, издают журналы и даже защищают диссертации по его грамматике.
Синдарин, язык «серых» эльфов, выросший из различных кельтских наречий, в первую очередь из валлийского, и из книжного, искусственного, также ставший живым, разговорным.
Адунаик, язык Нуменора, построенный по модели языков семитской группы.
Черное наречие, использующее экзотическую для Европы эргативную модель построения предложений.
Последователи Толкиена в том, что касалось использования языков в антураже – нет им числа, – чаще все же шли иным путем, сначала выдумывали мир, персонажей, а уже затем в качестве украшения пришивали к этому делу более или менее разработанный конланг.
