В камере повисло тяжелое молчание. Тишина была такой, что, казалось, ее можно было потрогать. И Руслан добавил как можно равнодушнее:
— Я не читаю ваших мыслей, если вы об этом. Я просто догадался, кто он такой, по его реакции и микродвижениям. Мадам Дрэя гадалка, и я почти всегда присутствую на сеансах, которые она проводит с клиентами. А здесь еще и банальная логика сработала. Ну подумайте сами, откуда он мог знать, как меня зовут и где я живу, если бы ему это не сказали?
Он снова взобрался на свое койко-место, и снова лежал не настолько долго, чтобы можно было отключится и заснуть. Примерно через полчаса дверь в камеру открылась и прозвучала команда ему «на выход с вещами». Вещей у Руслана не было, он сдернул с постели обе простыни, скатал матрас с подушкой в аккуратный рулон и пошел к двери, сопровождаемый завистливыми взглядами бывших сокамерников.
В знакомой ему комнате у следователей, куда его привели первоначально, кроме дознавателя находился майор Фатьянов, он же дядя Никитос, Матвейкин отец, который терпеливо дождался, пока Руслану вернут студенческий билет, кошелек, проездной, и сопроводил его к своему авто. Заднее сидение было уже занято двумя особами женского пола, облаченными отчего-то в белые х/бешные халаты.
— Ну как, понравилось у нас? — спросил он у Руслана, включая мотор, когда оба они уже сидели в машине.
— Вообще-то ничего страшного, я отлично отдохнул, — отвечал Руслан вполне искренне. — Как я догадываюсь, произошло нечто серьезное?
— Да, еще одно похищение, но на этот раз жертва осталась жива. Мадам Дрэя и Сильвия все тебе объяснят.
— Это она? — кивнул Руслан на девушку на заднем сидении.
— Угу.
Больше вопросов Руслан не задавал. Пустой болтовни он не любил. От девушки исходила душевную боль, от ее матери — тревога. Обе эмоции просто висели в воздухе салона, и этого было достаточно, чтобы ни о чем не спрашивать.
«Мадам Дрэя» их уже ждала.
— Наденька должна остаться с нами до утра, а вам лучше отправиться домой и ждать моего звонка, — сказала она клиентке, чуть та открыла белую дверь офиса. — Процедуры, которые мы будем проводить, потребуют от нас полной сосредоточенности, и любые ваши эманации могут нам помешать.
— Я лучше подожду в своей машине.
— Нет, — строго возразила Олеся, не выходя из образа ведуньи. — Только домой, только отдыхать. Ваше сердце будет посылать импульсы волнения с такого близкого расстояния. Духи, которых я буду призывать, могут не прийти. И ваша дочь также должна знать, что с ее матерью все в порядке. Вот вам микстура, которую вы выпьете, вернувшись домой. Это легкое снотворное — оно поможет вам расслабиться, и утром вы встанете свежей и полной сил.
Удалить клиентку было необходимо еще и для того, чтобы она не могла помешать тому, что намеревалась сделать «Мадам Дрэя». А именно: выудить из подсознания девочки как можно больше информации о месте, где та побывала, и о том, как выглядели негодяи, ее похитившие. И знать этого не следовало не только ее матери, но и капитану Фатьянову как представителю закона.
Поэтому, проследив, чтобы и он, и клиентка действительно удалились, «Мадам Дрэя» пригласила девушку пройти в ее офис, где их уже ждала Сильвия, облаченная соответствующим образом.
— Я вижу, что ты узнала ту девушку, которая помогала вам с матерью принять душ, — сказала Мадам Дрэя, заметив удивленный взгляд, который юная пациентка кинула в сторону Сильвии. — Это хороший знак, он говорит, что твое здоровье понемножку восстанавливается. Не удивляйся, что она сейчас выглядит несколько иначе — для ритуала нам нужно, чтобы кроме нас с тобой было еще два человека, и одеяния на них должны быть соответствующие — все натуральное, все подлинное. Мой ассистент тоже сейчас переодевается. Первое, что мы сделаем — это подкорректируем твое душевное здоровье. Ты должна полностью нам довериться и раскрыться.
— Я готов, — произнес Руслан, выходя из гардеробной.
— Отлично, значит мы можем начинать. Сейчас мы встанем в круг, и Надюша будет шаг за шагом вспоминать все, что сегодня с ней происходило.
— Зачем? Я хочу это забыть! — запротестовала девочка.
— Я погружусь в твою память и заберу оттуда то темное, что тебя так гнетет. Глубже сегодняшнего дня мы проникать не станем, не бойся. После сеанса ты действительно будешь помнить только то, что написала в заявлении… Становись напротив меня и возьми за руки Руслана и Сильвию. А теперь посмотри мне в глаза и распахни свою душу. Вот ты стоишь на остановке и пытаешься поймать машину…
— … Скажи: «Я хочу забыть это лицо…»
— Я хочу забыть это лицо, — послушно повторила Надя…
Когда сеанс воспоминаний был окончен, Олеся отсоединила свои руки от рук Сильвии и Руслана и они также отключились от девочки.
— Ну как? — спросила Олеся у юной пациентки.
— Класс! — сказала та, потирая лоб. — А нельзя, чтобы я и про то, как валялась в борщевике, забыла?