Три Л полностью

Она упорхнула, на ходу набирая на коме номер приятельницы и одновременно хвастаясь новомодной дорогущей гарнитурой.

Лем ухмыльнулся: его ждали очень приятные часы.

Утро есть утро, и как бы ни прошла ночь, нужно вставать и идти на дежурство. Вода в душе приятно обжигала – Лем не любил холодную, предпочитая для бодрости почти кипяток, – настроение было отличное, ни о чём думать не хотелось. Но у парня был очень хороший слух, иногда приносивший пользу, но чаще приводивший к тому, что приходилось становиться невольным слушателем чужих разговоров. Вот и в этот раз он, вытираясь, уловил обрывки фраз – Наташка щебетала с подругой по кому, говоря уже нормально, без манерного сглатывания звуков.

– Она права, он лапочка, такой безотказный и миленький. Ну прямо щеночек. Ему рубашку купишь – он всё сделает… Ну да, Павел вроде перестал дуться, так что вернусь к нему… С Лемиком я тебя хоть сегодня познакомлю… Да не волнуйся, с ним весело. Он всерьёз только об одном думает, зато в этом «одном» на высоте, не пожалеешь. И молчаливый, никому не разболтает… Ну да, он не ревнивый… Ну ты что! Он не секс-кукла, тоже мне, сравнила. Он живой, милый. Да и дешевле выйдет, чем к подпольным мастерам идти! Ну и дура! Я тогда его Мари отдам, ей на курсах пикапа задали с десятью за месяц переспать, а она из графика выбивается. Ой, всё, он сейчас из душа придёт.

Лем вышел из душевой, заставляя себя улыбаться, и заговорил весело-равнодушным тоном:

– Ну всё, пора на работу. Ты извини, в ближайшие дни не получится встретиться – дежурю без выходных, надо себя в форму привести.

– Ну ла-адно. – Она говорила, наигранно надув губки и едва уловимо растягивая слова – уже готовилась к выходу в свет. – А я хте-ела тебя с подру-угой познако-омить, пхвастаться.

Лем еле сдержался, чтобы не спросить: «секс-куклой?» – и «огорчённо» вздохнул:

– Не получится. Я на самом деле подрасслабился, нужно в спортзале поработать. Давай в пятницу?

– Я не смгу-у, я в субботу уезжа-аю. – Наташка явно обрадовалась его словам, но точно так же притворялась огорчённой. – Ну, тогда пока-а?

– Пока!

Он закрыл за ней дверь, полез в шкаф за чистой рубашкой… и замер, поняв, что у него нет ни одной вещи, купленной им самим: всё было или казённым, или дарёным. Снова нахлынули воспоминания о детстве. Тогда у него тоже всё было казённым, приобретавшимся только для того, чтобы «образец» товарно выглядел. Нет! Всё это в прошлом! Он – свободный человек!

Во время дежурства поразмыслить над услышанным не удалось: в этот день мелкие воришки и просто хулиганы словно специально искали приключений для себя и окружающих, и к концу дежурства Лем мечтал только о том, чтобы сесть, наконец, и ни о чём не думать. Даже есть не хотелось. Хорошо, что «Баялиг» огромный, в нём собрано всё, что нужно человеку, в том числе несколько видов саун и бань, бассейны и спортзалы. Поэтому, наскоро перекусив в дешёвой забегаловке фуд-корта, парень отправился на «этаж здоровья», на котором не появлялся уже недели две. Беговая дорожка и тренажёры – что может быть лучше для уставшего за целый день стояния тела?

Лем планировал закончить всё небольшим спаррингом с кем-нибудь из коллег, а потом расслабиться в настоящей русской бане, в которой даже веники были, на любой вкус: жёсткие, как жесть, обжигающие дубовые, такие же жёсткие, хлёсткие, словно плети, и ароматные эвкалиптовые, и самые лучшие, клейко-нежные шелковистые берёзовые. Хорошая баня – не меньшее удовольствие, чем ночь с девушкой, а учитывая подслушанный разговор, даже большее, потому что пар, в отличие от человека, никого не продаёт и не покупает.

Но в зале для борьбы Лема поджидал очень неприятный сюрприз: у стены в ряд стояло несколько новеньких спарринг-манекенов, точно таких же «болванов», какие он знал по центру.

– О, привет! – окликнул его один из коллег, чернявый, поджарый и как пёс преданный комплексу Денис. – Давно не появлялся. Смотри, какие нам штуки поставили. Во!

Он с гордостью продемонстрировал серию ударов по манекену, таких, какие в тренировке с людьми полностью исключены: в запретные зоны, да и сила такая, что человека убить можно.

– Во! Видал? С этими болванами делай что хочешь, они точно не ответят. Даже если настроишь на максимальный ответ – не покалечат. Крутяк! Выбирай.

– Нет! – Лем смотрел на фигуры-обрубовки (откуда он знает это слово?) и видел не их, а самого себя. – Нет, не хочется. Привык с человеком тренироваться.

– Ну и дурак! Человеку-то так не врежешь. – Денис с разворота въехал ногой в живот манекену, на табло за куклой высветилась надпись – перечисление смертельных травм, которые получил бы человек при таком ударе.

Лем смотрел равнодушно – выработавшаяся за жизнь привычка контролировать мимику и голос. «Его можно бить как хочешь».

– Ладно, я в баню. Пока.