Три луны Кертории полностью

– Во время вашей беседы баронесса, часом, не намекала на одну вполне конкретную причину такой своей уверенности? Я имею в виду ее мужа...

– Разумеется. Более того, она прямо сказала мне, что барону Детану наверняка известна истина, а не обнародует он ее лишь по причине нежелания связываться с... убийцей.

Ответ прозвучал в точности так, как я и ожидала:

– Очень интересно. А ему все известно просто потому, что ему всегда все известно? Или...

– Да, – перебила я, – именно поэтому.

Он недоверчиво усмехнулся.

– А вот это выглядит как слабое звено, способное Разрушить всю цепочку. Никто не всеведущ, и...

– И банальностями подобного рода мы развлекать друг друга не будем. – Я постаралась смягчить резкость улыбкой, – В Галактике я вела досье на каждого из живущих там керторианцев...

– Любопытно было бы взглянуть.

– Не сомневаюсь, но, извините, с собой не захватила. На барона Детана материал у меня был накоплен едва ли не самый обширный, а занимается он... скажем так, разгадыванием всевозможных тайн. Так вот, в более чем ста известных мне случаях он не потерпел ни одной неудачи. На всеведение, правда, он при этом не претендует, как я слышала.

– Да, это впечатляет, – отрешенно признал лорд Крат, мысли которого явно потекли в новом направлении. Каком именно, догадаться было нетрудно, поэтому следующий вопрос меня не удивил: – А какую позицию барон Детан занимает в... во всем этом?

– Любопытная оговорка, – вслух заметила я. – Неопределенную.

Я сказала правду, но на этот раз он мне не поверил:

– Вряд ли барон выступает против вашего мужа, не так ли?

– Вряд ли. А в качестве альтернативы – едва ли. – Я изобразила саркастическую улыбку, но продолжила серьезно: – По-моему, моя очередь кое-что уточнить. Оппозиция Ректору в самой Академии не может значительно уступать ему в возможностях, иначе он легко бы ее смел. Тогда почему, когда речь заходит о... м-м... высших проявлениях магии, все упоминают лишь два имени: Анг Сарр и Принц Ардварт? Или я что-то упустила?

– Здесь есть разграничение, которое действительно ускользнуло от вас. В плане магических возможностей оппозиция уступает безусловно. Даже ее лидер – барон Эстер Нолт – ничего выдающегося из себя не представляет, хороший телекинетик, не более того. Подавляющее же большинство сильных волшебников поддерживают Ректора. Однако в политическом смысле расклад совершенно иной – я бы сказал, с точностью до наоборот. Улавливаете разницу?

– Пожалуй. Если только это правда, и у оппозиции нет скрытых ресурсов, которые она применяет по мере необходимости. Как сейчас, например.

– Нет, это невозможно. Невзирая на раскол, Академия – это единый организм. К тому же там все слишком давно и слишком хорошо друг друга знают.

– И выносить все эти знания за пределы стен Академии они, наверное, не стремятся, – как бы невзначай заметила я, а лорд Крат, хотя и почуявший вроде подвох, подтвердил:

– Не стремятся.

Надо признать, я колебалась добрых пару минут, поскольку раскопки в предполагаемом направлении не казались своевременными и полезными, но любопытство оказалось сильнее:

– И это возвращает нас к вопросу, который однажды я вам уже задавала. Теперь, правда, я сформулирую его по-другому: а на чьей стороне вы, лорд Крат? И какова ваша роль, цитирую, во всем этом?

Для начала он слегка улыбнулся, и я сразу предупредила:

– Рассказами о случайных совпадениях утруждать себя не стоит. Все равно не поверю.

– А их не бывает? Случайных совпадений? Все всегда кем-то спланировано в мельчайших подробностях? – Он не стал дожидаться ответа и кивнул сам себе. – Сомневаюсь. Но это, конечно, слишком обширный вопрос. Есть попроще – должен ли я отвечать вам?

– Угу, это интересная игра. Не должны, но если б не собирались, то и спрашивать об этом не стали.

– Должно быть, так, – согласился он. – Хорошо, я вам отвечу, хотя и не совсем на те вопросы, которые вы задали, ибо, какова моя роль в происходящем, мне пока судить трудно, а принимать чью-либо сторону до сих пор не считал для себя нужным – у меня, знаете ли, есть своя собственная. Постараюсь это заявление проиллюстрировать.

Он на время умолк, а я взвешивала, насколько взятая им пауза естественна. С одной стороны, это верный признак того, что если и намерены излагать правду, то далеко не всю, а с другой – даже хорошему рассказчику часто бывает нужно выстроить мысли. Сложно оценить, в общем...