Она проснулась от шороха. Дверь тихонько открылась, Матильда решила, что это идет Верочка, которой что-то приснилось, и уже хотела откинуть одеяло, взять ее к себе, как вдруг разглядела в темноте мужскую фигуру..
– Николай? Тебе чего?
– Не понятно, что ли, чего…
– А ну стой. Еще шаг, и пристрелю! – Она быстро наклонилась и выхватила ружье из-под кровати, потом щелкнула выключателем настольной лампы.
Увидев, что она и в самом деле держит в руках ружье, тот остановился.
– Ты чего, ненормальная! Тебя же, дуру, жалею… Живешь тут без мужика полгода… А я вот сегодня смотрю, да ты вроде и ничего! Чего бабе-то одной пропадать?..
– Что, только сегодня разглядел, а раньше звал с собой зачем? Трепло… Уходи, закрой дверь за собой и больше в эту комнату не смей даже заглядывать, а то и правда пристрелю.
– Опоздал, что ли, место уже занято? Кто же такой шустрый? Серега? Или наш калека, Сашка?
– Дурак ты, Коля…
– Будь человеком, я же заснуть не могу, все время думаю, какая баба рядом лежит…
– То-то твой храп по всему дому разносится, каждую ночь слышу, как ты мучаешься от бессонницы.
– Да нет, раньше, конечно, спал, а вот сегодня совсем измучился, просто извелся, так и представляю тебя… голенькой. Ну ты же не девочка, понимаешь, каково это мужику сухостой терпеть… Аж болит…
Матильда повела ружьем, указывая дулом на дверь.
– Здесь не скорая помощь…
– Ну и ладно, мое дело предложить, твое – отказаться…
Заснуть она не успела. Снова появился Александр.
– Послушай, Вика, я все откладывал разговор на потом, когда мы сможем уехать отсюда, но не могу больше сдерживаться… Я люблю тебя…
– Давно ли? – вздохнула Матильда.
– Да как только увидел тебя. Но я же лежал парализованный, как я мог в таком состоянии говорить о любви? Мужик должен предлагать руку и сердце, только когда у него есть что дать женщине помимо этого. А пока мы заперты в этой дыре, я ничего не могу тебе предложить.
– Все правильно, вот и следуй своим намерениям: когда будет возможность уехать отсюда, тогда и поговорим.
– Да я бы потерпел, но боюсь, меня опередят. И я не уверен, что другие испытывают такие же чувства, как я. Возможно, у них это просто от скуки… – он сделал паузу, потом многозначительно произнес: – А может из каких-то своих соображений.
– Спасибо, что предупредил. Только я думаю, ты вздумал приударить тоже от скуки. Спокойной ночи.
– Погоди… – он взял ее за руку. – Неужели не чувствуешь, мы же с тобой дышим в унисон, послушай…
Саша прижал ее руку к груди.
Матильде показалось, что и в самом деле сердца у них стучат в одном ритме. Ладонь была такой сильной и нежной… В другое время она бы продолжила этот разговор, но тошнота…
– Уходи, спокойной ночи…
