| "What, brother!" cried Milady, "must I name him again? | - Как, брат мой, - вскричала миледи, - тебе еще нужно, чтоб я назвала его! |
| Have you not yet divined who he is?" | А сам ты не догадался? |
| "What?" cried Felton, "he-again he-always he? | - Как, - спросил Фельтон, - это он?.. Опять он!.. |
| What-the truly guilty?" | Все он же... Как! Настоящий виновник... |
| "The truly guilty," said Milady, "is the ravager of England, the persecutor of true believers, the base ravisher of the honor of so many women-he who, to satisfy a caprice of his corrupt heart, is about to make England shed so much blood, who protects the Protestants today and will betray them tomorrow-" | - Настоящий виновник - опустошитель Англии, гонитель истинно верующих, гнусный похититель чести стольких женщин, тот, кто из прихоти своего развращенного сердца намерен пролить кровь стольких англичан, кто сегодня покровительствует протестантам, а завтра предаст их... |
| "Buckingham! | - Бекингэм! |
| It is, then, Buckingham!" cried Felton, in a high state of excitement. | Так это Бекингэм? - с ожесточением выкрикнул Фельтон. |
| Milady concealed her face in her hands, as if she could not endure the shame which this name recalled to her. | Миледи закрыла лицо руками, словно она была не в силах перенести постыдное воспоминание, которое вызывало у нее это имя. |
| "Buckingham, the executioner of this angelic creature!" cried Felton. | - Бекингэм - палач этого ангельского создания! -восклицал Фельтон. |
| "And thou hast not hurled thy thunder at him, my God! | - И ты не поразил его громом, господи! |
| And thou hast left him noble, honored, powerful, for the ruin of us all!" | И ты позволил ему остаться знатным, почитаемым, всесильным, на погибель всем нам! |
| "God abandons him who abandons himself," said Milady. | - Бог отступается от того, кто сам от себя отступается! - сказала миледи. |
| "But he will draw upon his head the punishment reserved for the damned!" said Felton, with increasing exultation. | - Так, значит, он хочет навлечь на свою голову кару, постигающую отверженных! - с возрастающим возбуждением продолжал Фельтон. |
| "He wills that human vengeance should precede celestial justice." | - Хочет, чтобы человеческое возмездие опередило правосудие небесное! |
| "Men fear him and spare him." | - Люди боятся и щадят его. |
| "I," said Felton, "I do not fear him, nor will I spare him." | - О, я не боюсь и не пощажу его! - возразил Фельтон. |
| The soul of Milady was bathed in an infernal joy. | Миледи почувствовала, как душа ее наполняется дьявольской радостью. |
| "But how can Lord de Winter, my protector, my father," asked Felton, "possibly be mixed up with all this?" | - Но каким образом мой покровитель, мой отец, лорд Винтер, оказывается причастным ко всему этому? - спросил Фельтон. |
| "Listen, Felton," resumed Milady, "for by the side of base and contemptible men there are often found great and generous natures. | - Слушайте, Фельтон, ведь наряду с людьми низкими и презренными есть на свете благородные и великодушные натуры. |
