- Но что же делать? - спросил он.
- Нельзя вечно жить под дамокловым мечом, - сказал Атос, - необходимо найти выход из этого положения.
- Но какой же?
- Постарайтесь увидеться с ней и объясниться. Скажите ей: «Мир или война! Даю честное слово дворянина, что никогда не скажу о вас ни слова, что никогда ничего не предприму против вас. Со своей стороны, вы должны торжественно поклясться, что не будете вредить мне. В противном случае, я дойду до канцлера, дойду до короля, я найду палача, я восстановлю против вас двор, я заявлю о том, что вы заклеймены, я предам вас суду, и, если вас оправдают, тогда… ну, тогда, даю честное слово дворянина, я убью вас где-нибудь под забором, как бешеную собаку!»
- Я не возражаю против этого способа, - сказал д'Артаньян, - но как же увидеться с ней?
- Время, милый друг, время доставит удобный случай, а случай даёт человеку двойные шансы на выигрыш: чем больше вы поставили, тем больше выиграете, если только умеете ждать.
- Так-то так, но ждать, когда ты окружён убийцами и отравителями…
- Ничего! - сказал Атос. - Бог хранил нас до сих пор, он же сохранит нас и впредь.
- Да, нас! Конечно, мы мужчины, и, собственно говоря, для нас вполне естественно рисковать жизнью, но она!.. - добавил он, понижая голос.
- Кто это - она? - спросил Атос.
- Констанция.
- Госпожа Бонасье! Ах да, ведь и правда… я совсем забыл, что вы влюблены, мой бедный друг!
- Но ведь из письма, найденного вами у этого убитого негодяя, мы узнали, что она находится в монастыре, - сказал Арамис. - В монастырях совсем не так уж плохо, и обещаю вам, что, как только кончится осада Ларошели, я лично…
- Да-да, любезный Арамис, - перебил его Атос, - мы знаем, что ваши помыслы устремлены к религии.
- Я только временно состою в мушкетёрах, - со смирением сказал Арамис.
- По-видимому, он давно не получал известий от своей любовницы, - прошептал Атос. - Не обращайте внимания, это нам уже знакомо.
- Вот что! - сказал Портос. - По-моему, тут есть одно простое средство.
- Какое же? - спросил д'Артаньян.
- Вы говорите, она в монастыре?
- Да.
- Так в чём же дело? Как только кончится осада, мы похитим её из этого монастыря, и всё тут.
- Но ведь прежде надо узнать, в каком монастыре она находится.
- Это правда, - согласился Портос.
- Однако не говорили ли вы, что королева сама выбрала для неё монастырь, милый д'Артаньян? - спросил Атос.
- Да. По крайней мере, я думаю, что это так.
- Прекрасно! Тогда Портос поможет нам в этом деле.
- Каким же образом, позвольте вас спросить?
- Да через вашу маркизу, герцогиню, принцессу. Она, должно быть, имеет огромные связи.
- Тсс! - прошептал Портос, прижимая палец к губам. - Я думаю, что она кардиналистка, и она ничего не должна знать.
- Если так, то я берусь получить сведения о госпоже Бонасье, - сказал Арамис.
- Вы, Арамис? - вскричали хором все три друга. - Каким же образом?
- Через духовника королевы, с которым я очень дружен, - краснея, ответил Арамис.
На этом обещании четыре друга, закончившие свой скромный обед, расстались, условившись встретиться снова в тот же вечер. Д'Артаньян вернулся во францисканский монастырь, а три мушкетёра отправились в ставку короля, где им предстояло ещё позаботиться о своём помещении.
Между тем король, который так стремился поскорее оказаться лицом к лицу с неприятелем и разделял ненависть к Бекингэму с кардиналом, имея на то больше оснований, чем последний, хотел немедленно сделать все распоряжения, чтобы прежде всего прогнать англичан с острова Рэ, а затем ускорить осаду Ларошели. Однако его задержали раздоры, возникшие между де Бассомпьером и Шомбергом, с одной стороны, и герцогом Ангулемским - с другой.
Гг. Бассомпьер и Шомберг были маршалами Франции и заявляли свои права на командование армией под непосредственным начальством короля; кардинал же, опасавшийся, что Бассомпьер, гугенот в душе, будет весьма слабо действовать против англичан и ларошельцев, своих братьев по вере, предлагал на этот пост герцога Ангулемского, которого король, по его настоянию, назначил заместителем главнокомандующего. В результате, чтобы предотвратить уход Бассомпьера и Шомберга из армии, пришлось поручить каждому из них командование самостоятельным отрядом: Бассомпьер взял себе северный участок - от Лале до Домпьера, герцог Ангулемский - западный, от Домпьера до Периньи, а Шомберг - южный, от Периньи до Ангутена.
Ставка герцога Орлеанского была в Домпьере.
Ставка короля была то в Этре, то в Лажарри.
И, наконец, ставка кардинала была в дюнах, у Каменного моста, в обыкновенном домике, не защищённом никакими укреплениями.
Таким образом, герцог Орлеанский наблюдал за Бассомпьером, король - за герцогом Ангулемским, а кардинал - за Шомбергом.
Затем, когда расстановка сил была закончена, командование начало принимать меры к изгнанию англичан с острова.
