Омега ещё больше зарделся, но опустил взгляд на цветастую горку и вытащил из неё несколько защёлок, обернутых тканью, с тонкой прослойкой из поролона. Ткань была глянцевой и переливалась всеми цветами радуги, а на кончиках были приклеены такие же мягкие единорожки. Дани невольно вспомнил, что буквально на днях читал Лукасу сказку про смелого единорога, тут же захотелось домой, к сыну. Омега тряхнул головой, чтобы скинуть наваждение, и поднял с пола рюкзак. В нём он нашёл кошелёк и извлёк оттуда несколько монет.
– Сколько я тебе должен? – спросил парень.
– Нисколько, это подарок, – нахмурился Адам и демонстративно сложил руки на груди. Реакция Дани его порядком задела, когда тот отказался, а теперь ещё и деньги предложил.
– Не стоит, – покачал головой омега, всё это походило на какую-то злую шутку. Он снова попытался протянуть пару баксов, на что альфа недовольно фыркнул и, резко развернувшись, направился к своей парте через два ряда, а потом пришёл учитель, бросил многозначительный взгляд на кучу заколок, всё ещё лежащих у Дани на парте, и тому в конце концов пришлось убрать их в свой рюкзак. Лишь единорожки так и остались зажаты в кулаке. И стоило только склониться к учебнику, непослушные волосы всё-таки были нейтрализованы ими.
Адам сильно дулся на новичка и целых пятнадцать минут от урока делал вид, что слушает учителя, но потом он не выдержал, бросил взгляд на Даниэля, и внутри будто взорвалась петарда – в каштановых волосах прятались разноцветные треугольнички.
Словно бусины на нитку, Адам надевал факты, которые узнавал о новеньком. Он знал, что Дани переехал со своим единственным родителем и новорожденным братом. Ещё Дани носил только свободную одежду, но было не понятно, нравится ему это или нет, у Адама вообще складывалось впечатление, что омега не сильно задумывается о том, как выглядит со стороны. И почему-то этот факт заставлял альфу глядеть на других омег, которые в те же самые шестнадцать были помешаны только на тесноте джинсов, с капелькой презрения, хотя он никогда до этого не был высокомерным.
Ещё одним неоспоримым фактом было то, что Дани с завидной частотой лгал, но делал это так неумело, что причину такого поведения Адам никак не мог разгадать. Если не умеешь врать, зачем пытаться? К примеру, когда Даниэль стоял в очереди за ланчем, неподалёку стоявший Адам слышал каждый его вопрос:
– А что-нибудь овощное у вас есть?
– А здесь есть майонез?
– А молоко ещё осталось?
Когда омега вышел из очереди, на его подносе красовались пресные макароны и бутылка воды. И Адам закономерно спросил его, кивнув на скудный ланч:
– На диете?
– Нет, – совершенно искренне ответил Дани, потом закусил губу, поняв, что объяснить реальную причину такой придирчивости к еде не сможет, и попытался соврать, – то есть да.
Альфа было расстроился, что омега опять так очевидно солгал ему, но в отличие от прошлого раза убегать не спешил. Тогда парень предложил пообедать вместе, и пока они шли к свободному столику, заметил, что Дани то и дело провожал взглядом пакетики молока, если те стояли у кого-нибудь на подносе.
Дани корил себя за то, что так прокололся со своим ланчем. Он и подумать не мог, что кому-то придёт в голову залезать к нему в тарелку своим любопытным носом. Красивым прямым носом с россыпью золотистых веснушек на переносице.
“Папа убьёт меня, если я в кого-нибудь влюблюсь”, – напомнил себе Даниэль, усевшись за стол, и с удивлением обнаружив, что за ним он сидит в одиночестве.
Но стоило только вздохнуть с облегчением и капелькой разочарования, как Адам сел напротив и поставил перед Дани пакетик с молоком.
– У тебя какая-то аллергия на группы продуктов? – попытался всё-таки выведать правду альфа.
Глаза Даниэля загорелись светом озарения, и Адам было порадовался, что попал в точку, но совершенно неуклюжий ответ убедил в обратном:
– Точно, – закивал омега, – у меня аллергия на… группы продуктов, – к концу фразы Дани и сам понял, что говорит чушь.
– Или на диете?
– Или на диете, – эхом отозвался залившийся краской омега.
Адам усмехнулся и надел ещё один факт на нитку: Даниэль врёт явно не со зла, и сам прекрасно понимает, что он никчёмный лгун, а ещё у него очаровательная улыбка, которую он не смог сдержать от всей глупости ситуации.
– Или ты ешь исключительно продукты на букву “М”, – продолжил альфа выдвигать ещё более сомнительные причины.
Дани засмеялся и расслабился, он начал называть все продукты, которые начинались на “М”, и вслух фантазировал о комбинациях.
***
Омега рассержено запихнул контрольную работу с позорной тройкой подальше в шкафчик. Сердился он, конечно, только на себя, папа не станет ругать его за плохую оценку, но на родительском собрании в конце первого триместра точно о ней узнает. Однако Дани не мог не признать очевидного: сколько бы он ни учил, материал всё равно плохо запоминался.
– Знаешь, зубрёжка редко оказывается эффективным методом в учёбе, – заметил подошедший к парню Адам.
– Я знаю, – буркнул омега, хлопнув металлической дверцей.
– Тогда почему продолжаешь зубрить?
