Наташа смутилась, опустила голову. Хорошо, что вокруг темно, а то ещё Юля заметит, как она покраснела. Почему-то ей были приятны эти слова.
– Ну, я право, не заслужила такого внимания. Даже мечтать об этом было бы глупо, – только и нашла она, что ответить.
– Время покажет, – уклончиво ответила Юля.
А салют всё не кончался. То и дело, вспыхивающее зарево освещало крышу дома, верхушки деревьев, радостное лицо Андрея, счастливое – Майи, празднующих свою свадьбу. Девочки молчали, и каждая представляла на месте невесты себя. Дождутся ли они этого счастливого дня, если до сих пор Он – единственный и неповторимый – не определился?
– Пойдёмте в дом, здесь становится прохладно, – предложило Маргарита Григорьевна, когда за последним залпом наступила тишина.
В доме продолжалось застолье. Владимир, отдохнув, почувствовал себя на десять лет моложе и продолжил ловеласничать. На этот раз без комплиментов не осталась ни одна из женщин. Более того, после ужина он каждой вручил коробочку – французские духи.
– Я человек консервативных взглядов, всяких новшеств не люблю, – сказал он, – поэтому Татьяне – “Мадам Роше”, она их любила в юности, не думаю, что с тех пор постарела, девушкам – “Шанель №5”, сама нежность, ну а жене Владимир сделал значительное лицо, – самой главной женщине на свете, моей жене –“ Шанель №19”.
Вскоре все, довольные и счастливые, разошлись по спальням. Майя, попавшая в разрез девушек, никогда не держала таких духов. Бабушка, воспитавшая её, не имела таких денег, и её собственная зарплата в библиотеке была небольшой. А муж Андрей в духах не разбирался.
– Что он себе позволяет! – возмутился он, когда вместе с женой зашёл в комнату, где спал Максим, – устроил фейерверк, а теперь на жён наших покушается!
Майя посмотрела на мужа удивлённо. Он что же ничего не заметил?
– Если Владимир Васильевич на кого и покушается, то не на жён, а на незамужнюю Наташу. Она тебе ведь тоже нравится, правда?
– Наташу мы ему не отдадим, – твёрдо заявил Андрей, игнорируя последнее замечание жены, – седина в бороду, бес в ребро… Вылечим!
Тем временем Наташа с Юлей тоже готовились спать в своей комнате – одной на двоих.
– Какой насыщенный сегодня день. Прямо голова трещит, – подала реплику Юля, ложась в постель.
– И я совсем без сил, – согласилась Наташа и закрыла было глаза. Но сон не шёл.
– По-моему, Майя беременна. Ты не заметила? – спросила она.
– Это давно всем известно. Поэтому Андрей и женится.
– Только поэтому?
– Я не знаю. Может быть, не только. Если уж он с ней так активно спот, возможно, нравится она ему. Сама же Майя на седьмом небе от счастья.
Я лично бывших в употреблении не люблю. А уж когда с пузом под венец – тем более. Надо всё-таки приличия соблюдать, – серьёзно сказала Юля.
Наташа промолчала. Она не знала, что сказать. В жизни бывает всякое. У одних всё правильно, а у других – совсем наоборот. Лишь бы была любовь, было счастье.
– Ты сама-то замуж собираешься? – спросила она наконец, – мне кажется, ты ревнуешь Андрея. Тут намёкали на какие0то ваши чувства.
Юля недовольно поёжилась в постели. Потом села, сбросив одеяло на сторону. В окно светила луна – огромная полная луна. Она никогда не видела такой в городе.
– Ну и луна сегодня, просто ночь любви, – сказала она, вставая и подходя к окну, вот только любить некого.
– И мне некого, – сказала Наташа, – он мне изменил.
– Кто?
– Одноклассник. Моя первая любовь. Я его у подруги отбила. Хороший был парень, душевный, спортивный… Это я из-за него в Москву помчалась. Уж как меня мама уговаривала остаться. Ведь педагогический институт и в Коломне есть. Но куда там! Любовь!
Юля слушала с интересом, даже подсела поближе к Наташе, на её кровать. Слушать про несчастную любовь всегда интересно. Особенно, если она не твоя.
– До третьего курса всё было нормально. Учились – он в одном вузе, я – в другом.
– А почему не вместе? – спросила Юля.
Наташа усмехнулась и грустно уставилась в окно. Луна всё ещё светила, настраивая девушек на сентиментальный лад.
– Способности у нас разные, – ответила она после паузы, – он поэт, учился в Литературном институте. Пушкина из себя строил. Его и звали Саша. Мне, говорит, нельзя без Натали. Вы, Наталья Николаевна, муза моя. Даже пару стихов мне посвятил.
– Интересно. А что же потом?
– Обещал на мне жениться к концу учёбы. Я, говорит, для тебя терем построю. Прямо у Москвы-реки, с видом на Кремль, чтобы бой курантов было слышно. Оказалось – пустые слова.
– А ты прямо поверила в этот терем? У Москвы-реки то все места давно заняты.
– Я поверила, потому что с милым рай и в шалаше. Была согласна на самую маленькую комнатку в коммуналке. Я всегда мечтала жить в коммуналке.
– Ничего себе!
– Да. В детстве я завидовала подружкам, у которых на кухне были соседи. Я считала, что это очень весело.
Юля рассмеялась. Как и Наташа, она никогда не жила в коммуналке. В детстве жила с родителями, с бабушкой и дедушкой. Народу вокруг было много, но они были свои, родные люди, они любили её, Юлю, заботились о ней. Как можно жить в одной квартире с чужими, она себе не представляла.
