Ниса всё ещё беседовала внизу с молодыми ягуареттами. Если они подчинялись приказам Даниэля, значит, были такими же, как он, отосланными детьми, выросшими среди людей. И выступали против Захара. Я не была уверена в том, что сейчас происходило в кошачьем прайде. Пыталась спрашивать у Дэни, но он не ответил. Единственное, что удалось узнать — Дэни рвался к власти и рвался успешно, планомерно и уверенно устраняя поддержку Захара. Кого-то он убивал, кого-то переманивал на свою сторону. Если Захар — брат Змея, то он растерял все навыки подчинения и управления. Возможно, сказалась та самая болезнь, которая затронула многих ягуаров. Могут ли бывшие всемогущие боги болеть? Думаю, могут, особенно когда вживаются в роль кого-то другого. А вот если Чёрный Ягуар — это Дэни, то это, как говорится, совсем другой коленкор. Я вот-вот принесу брачные клятвы тому, кто, возможно, создал этот мир именно таким, каким мы его знаем.
Я вспомнила, что кое-что хотела выяснить у Нисы. А именно, как так получилось, что нескольких ягуаретт мы пропустили, когда собирали информацию? Почему Даниэль остался вне поля нашего зрения аж до тех пор, пока не попытался вырвать мне сердце?
Или его, Даниэля, просто не «существовало» до определённого и точно выверенного момента?
— Не хочешь? Почему? — от его тона мне стало холоднее. Вот, буквально холодно, словно из лета, буйными красками распускающегося за окном, меня швырнули в тундру, в вечную мерзлоту, в снежный буран, который завертелся вокруг, раздирая и перемалывая своими ледяными челюстями.
— Я не особо темпераментна, — говорить было трудно. Он заставлял меня карабкаться наверх из тьмы, в то время как сам был этой тьмой. И знала, что ему это нравится.
— Со мной ты изменишься, — пообещал он. И вдруг спросил: — Ты меня любишь?
Я растерялась. И подумала, что слишком часто в последнее время участвую в разговорах о любви. Любовь, любовь… Что это такое, любовь? Раньше, во времена моей одержимости Князем, я думала, что знаю. Если бы меня спросили тогда, я бы ответила, что любовь — это желание присвоить, желание держать и не отпускать. А теперь мне было известно лишь одно: любовь — это то, что очень легко превращается в ненависть и потребность уничтожить.
— Я не знаю, — слишком честные слова сорвались с губ раньше, чем я осознала, кому это говорю.
— Придётся узнать. Я просто не оставлю тебе выбора, милая.
Мне нечего было на это ответить, и я решила вернуться к тому, с чего начала.
— Значит, своих ребят ты не отзовёшь?
Молчание было слишком длительным и слишком красноречивым, чтобы понять: он недоволен. Он зол. И мне бы насторожиться, ведь подобные ему всегда устраняют то, что им не нравится, но сейчас было важно получить информацию.
— Нет, — наконец, ответил оборотень. Его голос низко дрогнул, и этот звук прозвучал эхом где-то глубоко внутри моего тела, словно натянутую струну дёрнули. А может быть, это была какая-то моя мышца, о существовании которой я до сего дня и не догадывалась.
— Тогда пусть займутся делом, вместо того, чтобы пугать своим хулиганским видом местных детей и их мамочек. Пусть проводят меня к волкам, — потребовала я. И добавила, решив, что вежливость ещё никогда и никому не делала плохо: — Пожалуйста.
В трубку ворвался вздох.
— Зачем, Ди? — спросил Даниэль, пытаясь сдерживать свои эмоции. Следовало это оценить, но… правда была в том, что я не знала этого мужчину. Он был мне чужим. Всё, что нас объединяло — это его когти около моего сердца, моя не случившаяся смерть и его радость по этому поводу, потому что теперь мы могли быть вместе. Мы были слеплены из одного теста и прекрасно считывали мотивы друг друга. Но для меня оставался открытым вопрос: надо ли мне притворяться перед ним, как я обычно это делаю с другими…
— Происходят странные вещи, — решилась я.
— Какие?
— Кто-то оставляет мне послания, — ответила, следуя взглядом за возвращающейся Нисой. На её лице была растерянность. — Скорее всего, кровью.
— Чьей кровью? — задал очень правильный вопрос Даниэль. Я ещё раз напомнила себе, что парень очень неглуп.
— Вот, чтобы это выяснить мне и нужен Гриша, — один из парней внизу вдруг поднял голову, увидел меня и широко улыбнулся, продемонстрировав крепкие зубы. Такими только глотки рвать. — У меня есть образец. Но я не могу до него дозвониться. На работе не знают, где он. Дома не появлялся. Единственный способ выйти на него — через его волков. Мне нужно поговорить с кем-то, кто может знать, где он. В стае же есть другие лидеры, эта их Соль, или как её там? Они должны знать, где их вожак.
— Хочешь, чтобы Гриша отдал твой образец своим криминалистам? А ты в курсе, что в городе есть и частные лаборатории? — снисходительно поинтересовался Дэни.
