На одном из городских кладбищ около двух часов дня была только одна похоронная процессия. Возле низких березок, посаженных, видимо, только в прошлом году, а этой осенью уже чуть заметно тронутых желтизной, скорбно толпились человек сорок. Хоронили лысого мужчину лет 50-ти. Вдову поддерживали две дочери-близняшки. Сергей издали наблюдал происходящее, в полной неуверенности топчась возле осветительного столба. Уже в который раз он, чертыхаясь, доставал из кармана инструкцию отца, перечитывал её, изображал на лице полное неуважение к написанному, но всё же не уходил, и только с ужасом представлял свою миссию.
Стас обходил место погребения по кругу. Душа свежего покойного, наверняка, находилась где-то рядом. Когда похоронная бригада уже предала тело земле, а родные и близкие, сложив цветы и венки на холмик из мокрого песка, обратились к маленькому столику с водкой и закуской, Стас, наконец, увидел грустного лысого мужчину с крылышками за спиной и приблизился к нему:
– Здравствуйте, приятель… Хотя «здравствуйте» здесь, возможно, не очень уместно.
Дух с удивлением обернулся:
– О! Вы тоже?
– Да, я тоже, только чуть раньше, а вы каким образом… к нам?
– Бывшая любовница отравила!.. Ни себе, понимаешь, ни людям! А вы?
– Я… я за завтраком подавился. Но сейчас не об этом… Вы хотели бы сказать… э… передать своим близким что-нибудь… важное?
– В смысле? Это что, возможно?! Конечно! Она не знает, где у меня лежат… Где у меня лежат… А вам можно доверять?
– Без сомнения. Я могу всё устроить… – Стас скромно потупился. – Но только через посредников. С моей стороны – сын, вон он, у столба. А с вашей? Кого вы порекомендуете? Чтобы сразу поверил и ничему не удивлялся?
Свежий ангел оглядел толпу людей:
– О! Володя! Самый верный мой друг, которому я могу доверять всё. Вон он, рыжий, бородатый.
– Хорошо. Только… – Стас густо покраснел, – извините, это не бесплатно.
– В смысле?
– Ваш посредник должен будет заплатить моему посреднику тысячу долларов. – Стас страшно переживал, поскольку никогда не только не торговал услугами, но даже редко произносил вслух такую сумму.
Лысый дух размышлял лишь мгновение:
– Да! Разумеется!.. Но только если он поверит, что разговор состоится именно со мной.
– Для этого я должен знать то, что знаете только вы вдвоём.
– Это элементарно, коллега!Сергей всё еще маялся возле осветительного столба, ковыряя кроссовкой пожухлый дёрн. В руке, как будто предлагая кому-то, он держал бумагу и ручку. Более дурацкого положения он не претерпевал никогда. Уже отчаявшись, Сергей зашептал в воротник куртки:
– Ну, и что? Я уже 20 минут возле столба? Дальше что?
Именно в этот момент листок бумаги внезапно потяжелел, ручка выскользнула из его руки и начертала: «Рыжий, бородатый».
Ручка вернулась в ладонь Сергею.
– Фу-у… Понятно…– Как это вы?.. – изумлялся лысый ангел, наблюдая, как Стас инструктировал сына.
– Что? – Стас лукавил. Во время священнодействия он делал всё, чтобы лысый не заметил «подпитку» – пальцы Стаса внутри осветительного столба крепко обнимали электропровода. – Это у меня сынишка уникум. Только он, один из смертных, способен общаться с потусторонним миром. Разумеется, через меня.
Стасу никогда не приходилось столько врать. Призрачные уши пылали.
