– К слову, о правах и заслугах. Марш помог оформить. Держи. – Эллиот вытащил из-за пазухи тонкую папку, положил на стол. Подбодрил иронически: – Ну же, смелее!
Я пролистала бумаги. Подняла взгляд.
– Лицензия на производство алкоголя?
– Как и договаривались, – кивнул он. – Ты выполнила свою часть сделки, а я всегда плачу по счетам.
В свете недавних событий звучало это зловеще. Впрочем, мне-то нечего опасаться… наверное.
– Да уж, – хмыкнула я, потирая лоб. – Пожалуй, это стоит отметить. Коньяка?
Радости отчего-то не было. Была… досада? Что все закончилось. Что впереди вновь серые будни. И что, наверное, сегодня мы видимся в последний раз. Во всяком случае, вот так, накоротке.
Эйлин вдруг встрепенулась.
– Не стоит. Это может повредить ребенку.
– Какому еще?.. – я осеклась, машинально прижала руку к животу. – Но…
Эйлин кивнула с улыбкой.
– У тебя будет ребенок. Поздравляю.
Я мотнула головой, в которой новость не помещалась. И машинально отметила, как потемнело лицо Эллиота. Он отвернулся. Уставился в сумрак за окном.
– Срок совсем крошечный, но такие вещи я вижу уже через несколько часов после зачатия, – добавила блондинка негромко, накручивая на палец светлый локон. – Извини, я решила, что тебе нужно знать.
Эллиоту, очевидно, тоже. Не зря же она заговорила при нем?
– Нужно, – я кивнула, сама не понимая, что чувствую.
Радость? Страх? Неверие? Все вместе, пожалуй. Конечно, я хотела детей – когда-нибудь – но…
Мы с Алом планировали попозже, и он всегда за этим следил. А теперь вот… Хотя какая разница? Ребенок уже есть, с остальным будем разбираться после.
Надо сказать Алу. И подумать насчет переезда в какое-нибудь тихое место. "Бутылку", видимо, придется продать. Не растить же младенца в баре.
Голова кругом. Я его еще даже не чувствую, этого ребенка, а уже сколько перемен!
– Эйлин, ты не оставишь нас? – попросил Эллиот ровно. – На пять минут.
На меня он не смотрел.
– Конечно, – она поднялась с готовностью. – Осмотрюсь пока. Сто лет не была в "Бутылке".
И скрылась за дверью прежде, чем я успела возразить.
Эллиот проводил ее тяжелым взглядом.
– Думаю, тебе тоже лучше уйти, – заметила я, сглотнув ком в горле. Было… пожалуй, что больно.
Он улыбнулся насмешливо, хотя в глубине темных глаз тлел недобрый огонек. Руки на груди скрестил.
– Перестань, Милли. Мы ведь взрослые люди. Я вовсе не собираюсь вцепляться в горло твоему мужу. Тем более теперь…
Он умолк. Отвернулся.
Что на это ответить? Я промолчала. Ребенок и впрямь менял… если не всё, то многое.
– Я здесь ради того, чтобы предотвратить теракт, – закончил Эллиот, кривя губы. – Давай на этом закончим. Поверь, я намерен отнестись к мистеру Керрику со всем уважением, коего этот достойный джентльмен заслуживает.
Верилось с трудом. Эллиот был зол, как черт. Именно в таких случаях он изъяснялся столь… велеречиво.
Я выдохнула, облизнула губы. Уставилась на золотой ободок обручального кольца на своем пальце.
– Тогда что тебе от меня нужно?
– Информация, – проронил он, по-прежнему обращаясь к темноте за окном. – Взрывчатку наверняка уже привезли в Тансфорд. Нужно ее отыскать, в противном случае бомбисты лишь сменят место и время. А кому, как не тебе, знать все тайники в округе?
– Ты меня переоцениваешь, – хмыкнула я, немного успокаиваясь. Внутри саднило, и все же… переживу.
– Ничуть…
Закончить он не успел.
Ал вошел без стука. Да и с чего бы ему стучать, заходя я собственный кабинет?
Смерил угрюмым взглядом Эллиота. Меня. Стало вдруг неловко, хотя с чего бы? Мы ведь просто разговаривали.
Похоже, нашлась добрая душа, просветила его насчет нашего с Эллиотом "романа".
Выглядел муж взъерошенным, волосы взмокли от пота, в глазах нездоровый блеск, пиджак измят.
Рядом с Эллиотом – сухощавым, подтянутым, гибким – выглядел Ал неповоротливым увальнем.
Но это как волка с медведем сравнивать.
– Слушайте, вы… – начал Ал глухо, набычившись. И кулаки сжал.
Так, хватит сопли жевать! Еще немного, и Ал двинет Эллиоту, наплевав на последствия. И что-то сомневаюсь я, что брюнет ему это спустит.
Я только начала приподниматься, как Эллиот шагнул вперед, протягивая ладонь.
– Мистер Керрик? Наслышан о вас. Я – Эллиот. Начальник Особого отдела.
Ал моргнул – никогда он не умел ориентироваться на ходу – и захлопнул приоткрытый от удивления рот.
– Альберт Керрик, – назвался муж после паузы.
И стиснул пальцы Эллиота так, что у того напряглись скулы. Однако брюнет устоял.
Я сидела, как на иголках, но повода вмешаться не было. Ну меряются мужчины… силой, что такого? Они постоянно это делают. Зато Эллиот перебил Алу воинственный настрой.
– Рад знакомству, – Эллиот выверенным движением склонил голову на четверть дюйма. – Мы с вашей женой – большие друзья.
Само вежливое дружелюбие.
– Друзья? – насупился Ал, отпуская его руку, и краской залился.
Даже шея под несвежим воротничком побагровела. Бесится. Но ничего-то не может поделать. Ударить? Так Эллиот ни малейшего повода не давал. И вел себя совсем не так, как пойманный на горячем любовник, что сбивало с толку.
Эллиот поднял брови и украдкой встряхнул побелевшими пальцами.
