– Надо сделать МРТ… МРТ всё покажет лучше всякого рентгена. Только в поликлинике по месту жительства ты будешь ждать МРТ полгода…
– Ну почему полгода? – отозвалась со своего места Нина Павловна. – Не полгода, а всего месяца два-три… Но сначала обязательно надо записаться к врачу, который направит твоё дело на комиссию… А та уже даст разрешение на МРТ…
– Но это долго! – воскликнула Верочка.
– Есть выход, птичка моя, – успокоила её Пантелеева. – Идёшь на МРТ в свою же районную поликлинику, но через платные услуги… В платных услугах всегда талоны есть, потому что за деньги…
Верочка позвонила в поликлинику. Платные талоны действительно имелись, но ближайшее время на платное МРТ оказалось только через неделю. Скрепя сердце, Верочка согласилась – ехать сейчас куда-либо далеко от дома она просто не могла.
Целый день Верочка разбивала для колена гипотермический «Снежок», а потом девочки нашли пластиковую квадратную бутылочку из-под воды и заморозили лёд в ней. В туалет они по очереди возили Верочку на офисном кресле – в общем, поддерживали изо всех сил. Верочка приняла все оставшиеся в пачке нестероидные противовоспалительные и время от времени кривилась от боли.
Первой не выдержала Петрова.
– Тебя сглазили, – сказала она, вытаскивая из ушей наушники. – Хочешь обижайся на меня – хочешь нет. Я тебе это всегда говорила. Поэтому ты и не замужем до сих пор…
– У нас полстраны сглазили, – веско ответила Нина Павловна, не поднимая головы от клавиатуры. – У нас полстраны не замужем…
Петрова замолчала – крыть было нечем.
– Крем «Софья – пчелиный яд» для суставов, – со зловещими интонациями в голосе произнесла Соболькова и пристально посмотрела на Верочку из своего угла. – Попробуй намазать колено… Погуще…
– Да ничего ваша «Софья» не помогает, – раздражённо отмахнулась Нина Павловна.
Тут не выдержала уже сама Верочка.
– Почему это не помогает? – возмутилась она. – Очень хороший крем, если мазать лицо… И оливковое масло там есть, и кедровое, и облепиховое… И мумиё. И экстракты шалфея и зверобоя. И ещё много всяких трав, целый список…
Девочки изумлённо замолчали, а Марь Иванна потянулась к своей сумочке за записной книжкой, в которую она всё записывала «на память».
Ближе к вечеру нестероидные противовоспалительные перестали действовать вообще.
– Что ты пьёшь? – спросила Марь Иванна, видя Верочкины мучения.
– Найз, – ответила Верочка.
Марь Иванна презрительно фыркнула и сказала:
– Верочка, ну кто так болеет?.. Только Целебрекс… Он самый сильный…
Бухгалтерия заспорила: посыпались названия, которые Верочка раньше никогда не слышала. Когда все успокоились и немного поработали, Соболькова опять вытащила из ушей наушники и сказала:
– Надо к коленке привязать лягушку. Живую… Мне мой мануальный терапевт рассказывал про одну свою пациентку. Она к нему на первый приём пришла с лягушкой на ноге и говорила, что ей очень помогает…
Верочка онемела.
– Да что ты говоришь такие глупости! Какую лягушку? – вскричала Марь Иванна со своего места, потом она повернулась к Верочке и сказала. – Не слушай! И не лягушку вовсе, а жабу!.. У жабы слизь на коже особенная, едкая!..
Девочки опять заспорили. Кто-то стал рассказывать о ядовитой тропической лягушке кокоа, кто-то – о вуду-жабе ага, страшно зловредной твари, умеющей, к тому же, плеваться ядом в своего противника. Конец спорам положила сама Верочка.
– Да где я сейчас лягушку найду? – спросила она. – Ведь осень уже…
Родная бухгалтерия притихла.
– Ну-у… Может купить в зоомагазине? – неуверенно предложила Соболькова.
– А если из зоомагазина не подействует? Может, они там искусственные? – опять спросила Верочка, уже улыбаясь.
– Значит – заговор. Заговор подействует непременно, – сказала Петрова и, оглядев всех в ожидании поддержки, закатила глаза и быстро забормотала. – Зубы мои зубы, выпадите все мои зубы, останьтеся одни губы…
– Ну… Это же про зубы, – проговорила Нина Павловна даже как-то разочарованно.
– Я других заговоров не знаю, – смутившись, объяснила Петрова.
– Дикость какая-то средневековая… Только Целебрекс, – начальственным голосом отрезала Марь Иванна.
И тут Верочка с громким стуком привычным уже движением разбила пакет с гипотермическим льдом: рабочий день подходил к концу.
****
Через неделю МРТ выявило у неё разрыв мениска. Верочке это МРТ показалось страшно болезненной процедурой, потому что её ногу, закрепляя, придавили какими-то тяжёлыми кирпичами, под которыми надлежало лежать и не шевелиться. Шевелиться хотелось нестерпимо, и не просто шевелиться, а убежать, уползти, исчезнуть отсюда, наплевав на свои деньги. Верочка мучилась под кирпичами, пытаясь сдерживать конвульсии больной ноги, слушала космические пульсирующие звуки и тихо плакала.
Потом она едва упросила сестру дать ей талон в живую очередь к хирургу, к которому, вообще-то, полагалось записываться через терминал и две недели ждать приёма.
