Три рэкетира полностью

Мало-помалу жара сделала свое дело, Кристина провалилась в дремоту, полную самых удивительных фантазий. Она варила ягодный кисель на камбузе шикарной белой яхты. Василий Васильевич перелистывал свою кандидатскую диссертацию, раскачиваясь в кресле-качалке под мачтой. Вчерашний незнакомец в костюме Аполлона стоял у штурвала, приложив руку ко лбу козырьком. На самой Кристине не было ничего, кроме короткого белого передника. Она как раз подумывала, не сбросить ли его, или лучше оставить, как вдруг где-то за бортом прозвучал настойчивый звонок. Кристина отмахнулась, – «что за чушь?». Звонок не унимался. Погасив конфорку и закрыв кастрюльку крышкой, она взялась за бантик передника, все еще колеблясь, снимать – не снимать, и думая об этом дурацком звонке – посреди моря. Внезапно яхта начала таять, четкие линии палубы и мачты поплыли, муж и незнакомец растворились в воздухе. Кристина открыла глаза и обнаружила, что полулежит в кресле перед телевизором. Квадрат окна стал иссиня-черным. А в прихожей надрывается входной звонок.

– Сейчас-сейчас, – пробормотала Кристина, чувствуя, что тело стало липким от пота, а ноги совершенно затекли. Она прошла к двери и распахнула ее, не потрудившись посмотреть в глазок. В следующую секунду сонливость Кристины улетучилась. Она непроизвольно вскрикнула, прижимая руки ко рту. И не мудрено. На пороге, покачиваясь, стоял Вась-Вась. В таком состоянии Кристина его никогда в жизни не видела. «Встретил в горах медведя гризли и не уступилему дорогу», – сказали бы, взглянув на несчастного баньщика, герои бессмертных северных рассказов Джека Лондона.

– Васенька! – противоестественно тонким голоском заверещала Кристя, – ты что, под машину угодил?!

Бонасюк сделал неуверенный шаг вперед, потерял равновесие и рухнул на одно колено, словно средневековый рыцарь, посвящающий сердце прекрасной даме.

Заметив кровь в волосах мужа, Кристина едва не лишилась чувств, но все-таки устояла на ногах. Как почти всегда бывает в таких случаях, показная крутизна слетела с Кристины, словно шелуха, оставив в коридоре перепуганную и совершенно растерявшуюся женщину.

– Васенька! Ой, Васенька! – причитала Кристина, бесцельно мечась вокруг коленопреклоненного супруга.

– Я сейчас скорую вызову! – наконец нашлась она.

– Поистине, не нужно, – захрипел Вася, пытаясь оторваться от пола. Худшее с ним уже приключилось (на сегодня, по крайней мере), и это давало ему даже некоторую фору перед полностью выбитой из колеи женой.

– Кристичка, помоги, – закряхтел Бонасюк. Кристина вцепилась в мужа, совместными усилиями они достигли кровати.

– Я сейчас компресс приготовлю, – Кристина, к которой понемногу возвращалась способность соображать, нагнулась к аптечке, вывернув содержимое на журнальный столик.

«Йод, зеленка, перекись – рану промыть… Кубики льда – вхолодильнике…», – часть медикаментов посыпалась на пол. Руки дрожали, не хотели слушаться. Вернувшись к мужу через пару минут с готовым компрессом в руках, Кристина, собрав силы, рассмотрела полученные Бонасюком повреждения внимательнее. Правый глаз заплыл, на скуле красовалась ссадина, на лбу – впечатляющая шишка. Вась-Вась лежал зажмурившись, и дышал со свистом, переходящим в утробное бульканье.

– Вася? Васенька? Кто тебя избил?

– Хулиганы, Кристичка, – жалобно прошептал Василий Васильевич. – Доклепались, под домом. – Он перевел дыхание. – Закурить не дал. Не поверили, поистине, что не курю…

– Я в скорую позвоню.

– Ох, не надо, – Васино лицо скорчилось в болезненной гримасе, – что от них толку?

– Вася, – Кристина забыла про ледяной компресс в руках, потрясенная ужасной догадкой. – Вася? Это не из-за сауны?

Бонасюк попробовал отрицательно покачать головой и еще крепче зажмурился от нахлынувшей боли. Кристина закрепила компресс на голову мужа. Заставила выпить пенталгин и теперь дробила между ложками таблетки стрептоцида, намереваясь обработать рану на голове. Она полностью овладела собой.

– Хулиганы, поистине, – стонал Вася. – Незнакомые. Закурить попросили… – Больше ему сказать было нечего.

Следователь с Близнецом накинулись на него совершенно внезапно, вместо приветствия начав колотить, куда попало. После чего, как и предполагал Украинский, Бонасюк рассказал все, что знал, и даже больше того. И про Аню Ледовую. И про Бонифацкого. И про свою Кристину. Как на духу.

– В следующий раз, жирный, будешь с нами пооткровеннее, – назидательно произнес Близнец.

– Понял, Васек, какое самое эффективное средство от склероза? – добавил Следователь.

Вася, зажмурившись, сидел на полу, шмыгая разбитым носом.

Проведя это нехитрое дознание, Следователь и Близнец удалились. На прощание Следователь в третий раз повторил фразу, которую Василий Васильевич успел выучить наизусть: «Кому хоть слово ляпнешь – конец тебе…». Так что Бонасюк прибыл домой с готовой историей про хулиганов. Сказать правду Кристине несчастный баньщик не смел.