Когда замкнутый мирок сплочённой группы разбивается о многообразие внешнего мира, возникает соблазн разбрестись, разделиться. Встретиться со старыми друзьями, спросить совета наставников, отчитаться перед начальством. Вот только здесь и зададут тот самый вопрос: "на чьей ты стороне?". И что делать, если сам не знаешь ответа?
Утро Рунвара Кельтерна началось со ставшего уже привычным созерцания меча на столе. Он полночи ворочался, не в силах заснуть, под утро задремал и встал непозволительно поздно. Письмо всё ещё не отправлено. Вопросы не решены. И, что самое паршивое, леди Райнара начинает подозревать, что его дурное настроение вызвано не каким-то пустяком вроде дурного сна.
Лорд Рунвар посмотрел на черновик письма к лорду Мелгару. Он больше чем на половину состоял из исправлений. Сейчас оно начиналось со слов «Глубокоуважаемый лорд Мелгар» и это звучало так нелепо и фальшиво, что хотелось плакать. Лорд Рунвар снова перечеркнул начало письма. «Лорду Мелгару Гальди. Милорд, я пишу Вам…»
В дверь постучали. Лорд Рунвар выпустил из рук перо и торопливо попытался убрать меч. Если это жена, то лучше ей ничего не знать об этом. Оружие выпало из рук. Ногой граф отодвинул меч в сторону. Меч спрятался под стоящий рядом стеллаж с книгами так, будто это место специально было предназначено для него.
— Войдите! — лорд Рунвар надеялся, что не слишком промедлил.
— Милорд, — это была не Райнара, а всего лишь управляющий, Сильван.
— Я слушаю, — лорд Рунвар не мог не заметить, что мужчина был бледен и взволнован.
— Милорд, ваш сын, — слова были едва разборчивыми.
— Что? — неужели какие-то новые вести? Судя по лицу Сильвана, едва ли хорошие.
— Он там, внизу, — лорд Рунвар несколько раз моргнул, стараясь убедить себя, что всё расслышал верно, — и с ним десяток каких-то странных типов, — закончил доклад Сильван.
Лорд Рунвар вскочил на ноги. Странных типов? В голове были догадки одна гротескнее другой. Почему-то особенно явственно складывался образ того, что Ренара притащили в отчий дом связанным по рукам и ногам. Да какая, к химерам, разница? Живого, вот что важно, а дальше разберёмся.
Дон старался держать себя в руках, чтобы не заржать в голос. Пока что он справлялся, но было непросто. Их появление произвело самый настоящий фурор. Пара дней скрытного пути по сельской местности, похожего на их путь через Темновражье, определённо того стоила — надо было видеть лица обитателей замка. Нет, Ренару были рады (а вот всем остальным, похоже, не очень), но, видимо, никто вообще не ожидал его появления. Понаблюдав за людьми, Дон пришёл к выводу, что некоторые из них явно считали Ренара мёртвым и теперь немного боялись, что он их покарает за подобные мысли. Да-да, совсем немного. Интересно, как весь этот коктейль выглядел для страшника?
Дон внимательно осматривал всё, что его окружало — стены, пол, потолок, лестницу, висящий на стене ростовой портрет какой-то прекрасной, но строгой леди… Замок был величественен, массивен, как и полагается всякому уважающему себя древнему замку, но он не был отчужденным. Чувствовалось, что здесь живут нормальные живые люди. Дон с нетерпением ожидал появления графа Кельтерна. Ему было до смерти любопытно посмотреть на этого человека. И он твёрдо решил вести себя прилично. Хотя бы в первый час знакомства.
Послышались шаги, и неясный шёпот, стоявший по всему холлу стих. По одной из боковых лестниц стремительно спускался мужчина в тёмных одеждах. За ним едва поспевал тот человек, которого Ренар отправил за отцом, Сильван, кажется.
Мужчина остановился на лестничной площадке, прямо под портретом (на фоне этой леди он смотрелся не слишком величественно) и напряжённо замер, смотря вниз. Может быть, он и успел окинуть взглядом всех, находившихся в холле, но сейчас он смотрел только на Ренара. Ренар, заранее сделавший несколько шагов вперёд, ответил тем же. В воздухе повисло многозначительное молчание.
— Ренар! — на самом деле лорд Кельтерн не произнёс ни слова, но этот возглас прямо-таки читался в его лице.
Он поспешно, едва не споткнувшись, спустился с лестницы и заключил сына в объятья. Ренар пошатнулся от такого натиска, но устоял и тоже обнял отца. Искра чуть не прослезилась от того, насколько этот жест был искренним.
Наконец решив, что дальше обниматься уже неприлично, лорд Кельтерн отстранился и внимательно осмотрел остальных присутствующих. Присутствующие в ответ внимательно осмотрели его.
Граф был худощав, немного выше Ренара и далеко не так красив, как сын. Коротко стриженные прямые тёмные волосы, заострённые черты лица, залёгшие под глазами тени. Похоже, этот человек недавно похудел и плохо спал в последнее время. Больше, чем всё остальное, на лице выделялись усы. Если у Мелгара Гальди усы топорщились воинственно, то у Рунвара Кельтерна они как будто бы выражали улыбку, которую их хозяин пытался сдержать.
Лорд Кельтерн обернулся и кивнул Сильвану. Тот снова исчез где-то в глубинах замка.
— Леди Янера, — граф повернулся к убивице, — какая неожиданная и приятная встреча, — он галантно поцеловал ей руку.
Янера явно попыталась ответить, но Искра ничего не расслышала. Удивительно. Янере ли теряться в подобных ситуациях?
