Это первая часть большого романа о судьбе молодого человека из простой деревенской семьи, решившего сразу же после службы в армии поступить в Московский энергетический институт. Армейская жизнь заставила по-новому взглянуть на мир и изменила мировоззрение героя. События охватывают период с 1980-го по 1987 год и разворачиваются в основном в студенческом городке МЭИ. Главная задача героя – получить образование, и он целеустремлённо идёт в выбранном направлении, но на его пути, как и бывает в жизни, встречаются и препятствия и неудачи. Вместе с тем, кроме учебы, молодежная, студенческая среда наполнена движением и полна событиями. Между юношами и девушками возникают знакомства, определённые отношения, которые перерастают в дружбу, влюблённость, а порой в разочарования и сердечные переживания…Книга будет интересна и современной молодёжи, и тем, кто был молод в 80-е годы ХХ века. Предназначена для широкой аудитории.
«Она смотрела на его руки, сок апельсина растекался по пальцам, волосы и одежда пахли лаком, все выглядело довольно смешно, но так трогательно, что хотелось ладонью провести по волосам, прикоснуться к ресницам, хотелось слушать, спрятаться от людей, сидеть, быть вместе, рядом…
Трава щекотала голые ноги, муравьи ползли по ним вверх, комары мешали даже думать, но она не хотела уйти, хотела быть с ним. Когда его руки обняли ее ноги и проскользнули вверх, ей стало страшно, сердце колотилось, разум говорил, что надо остановиться, что так нельзя, но не было сил. Она хотела чувствовать его, слушать его, слышать, что она его единственная, что она его самая красивая, самая хорошая, что она ему нужна…
Она лежала и не могла уснуть. Знала, что завтра все изменится, что если он придет, это перевернет ее жизнь. Ночь подходила к концу. От звуков в коридоре каждый раз замирало сердце. Когда дверь тихо открылась, охватило чувство, похожее на панику, на катастрофу, от которой нельзя уйти. Хотелось только спрятаться от беды и быть рядом, заглушив все мысли, целовать его губы, обнимать, быть с ним всегда…
Он не позвонил, не зашел перед концом рабочего дня. Она стояла у окна в кабинете и, спрятавшись за портьеры, смотрела вниз, провожая людей и ища знакомую фигуру в толпе… Была надежда, что он придет. Не может быть, что он ее бросил, что оставил вот так одну, ушел и выбросил из своей жизни, как ненужную вещь, оставил терзать злым языкам, каждому, кому не лень тыкать пальцем… Когда увидела его, показалось, что умрет, слезы покатились, комок в горле душил, и разбивалось сердце… Знала, что нельзя быть слабой, никто не должен видеть ее такую, знала, что эта баба может в любую минуту зайти в кабинет. Но она задыхалась от слез, боль разрывала ее, он ее оставил одну… Он ее бросил одну… Она ему не нужна, и неважно, что она его любит, ему она не нужна…
Они шли по туману, она сжимала его пальцы и плакала. Шла, будто ее ведут на казнь и только от него одного зависело, будет она жить или нет.
Но он молчал, и чем ближе подходили к вокзалу, тем страшнее было сознавать, что ни я, ни мой ребенок ему не нужен, но ведь такого не может быть, он не может быть таким жестоким и вести меня и нашего малыша на убийство, на смерть… Я ждала его звонка, что он скажет, что мы ему нужны, что мы ему самые дорогие на свете, что без нас нет жизни, что умрет без нас… И не дождалась…
Она хотела поскорее его увидеть, каждая минута без него казалась мукой. До назначенного часа оставалось время, и она искала, где эта почта, представляла, как он увидит ее, боялась этой встречи, боялась, что увидит не любовь в глазах, а что-то другое. Но не может быть, что он не любит ее, что душа его не подпрыгнет, не оживет. Он не может ее оттолкнуть, ведь она его так любит…
Господи, помоги, сделай нас счастливыми, убери с дороги эту боль и разлуку. Почему он не любит меня так, как я его, неужели ему надо было только то, что он уже получил…
Я увидела его и ждала, когда он увидит меня… Он вздохнул громко и с болью, мне казалось, что весь мир куда-то ушел, он был со мной, он был моим, и все неважно. Я люблю его, а он не может не любить меня, ведь он же говорил, что любит, что я ему нужна. Он меня так хотел, ведь это не может быть только физиология, он не мог меня обманывать…
Я подняла маленький сверточек и поднесла к окну. Внизу, на велосипедной перекладине сидел мой малыш, а он, придерживая велосипед, поднял голову и всматривался, впервые увидев, в малышку.
И не знала я, что он не хотел моих детей, что не хотел быть со мной, не хотел, чтобы я их родила, не хотел…
Я была наивной дурой, мечтающей о любви, а он ведь говорил, что любит… Или я все придумала сама…
Он столько раз ее оставлял, бросал одну, бросал с детьми… И каждый раз он ее убивал, отрывал нить за нитью. Уничтожал ее чувство, единственное, что она имела. То, что она испытывала по отношению к нему, действительно было похоже на сумасшествие. Он был прав, когда подумал, что она дура, когда она убежала из больницы к нему. Но он так и не понял, что желание быть с ним сильнее всего остального, не понял и топтал это чувство своими упреками, подозрениями, насилием, оскорблениями, унижениями…
Видит бог, никогда не хотела властвовать над тобой, но ты не понял, что я живой человек. Я – это не ты, и это естественно, я тоже имею свои мысли, мечты, представления, они так же важны, как и твои. Они имеют право быть услышанными и, если мы живем вместе, то имеют право быть осуществленными, я не говорю, что в ущерб твоим желаниям, но имеют право быть…
Страшно каждый раз думать, когда ты приедешь, с кем ты сейчас, страшно представлять, как ты разговаривал обо мне с этой дурой, а она потом лаяла на весь город гадости, и ты ей это позволял… Страшно вслушиваться в телефонные звонки и ждать предательства.
