Ох и натворила я дел за короткие сутки! Убила злого демона? Сделано. Превратила простого человека в волшебника? Сделано. Влюбилась в студента — моего наставника, с которым запрещены любовные отношения? Сделано. Вляпалась в тайну потерянного ребёнка? Опять сделано. И как теперь выпутываться из всех этих бед, учитывая, что новоиспечённый волшебник не собирается отступать от своей цели? Как неловко, что его целью стала я!
Событие, ставшее легендой
Плачущий младенец явно просился к матери, и его отец ничего не мог с этим поделать: ребёнок никак не хотел успокаиваться. Он словно чувствовал нарастающую угрозу в воздухе.
– Альцина, вы присмотрите за ним? Мне нужно на смотровую башню, – тяжело вздохнул мужчина, не желая отходить от своего дитя.
К сожалению, у него не оставалось выбора. Он должен был помочь любимой.
– Конечно, – кивнула женщина, пустив лёгкую магию в воздух. Смешные огоньки закружили над кроватью малыша, и ребёнок рассмеялся, забыв на мгновение о своей грусти. – Это отвлечёт совсем ненадолго. В воздухе слишком много агрессии. Ваш ребёнок сильнее, чем любой другой.
Мужчина кивнул и поспешил покинуть маленькую, уютную и защищённую от внешнего мира спальню.
Замок, который простоял несколько веков и где обучилось не одно поколение магов и ведьм, полыхал в ярком огне, который не щадил никого. Языки пламени окутали укрытие волшебников, уничтожая всё на своём пути.
Стихийщики воды пытались остановить разрушение, погасить яркий костёр. Безуспешно. Завоевателей с магией огня было больше, и они оказались куда сильнее.
На одной из башен, ещё не охваченной огнём, стояла молодая девушка. Она печально наблюдала за тем, что происходило с её домом. С местом, где она родилась и где выросла. Слишком сильно ведьма прикипела к родному месту.
Веками её предки опекали этот замок, стараясь защитить его от напасти, обучая молодое поколение магии. Здесь же находили любовь, женились, воспитывали детей. Университет Тайн стал домом для многих волшебников. Очень немногие были готовы вернуться в мир простых людей и жить среди них, скрывая то, кем они являлись на самом деле, пряча свою магию.
– Дорогая! – тот самый взлохмаченный мужчина вбежал по ступеням башни. Он запыхался и выглядел сильно напуганным.
– Ты хочешь сообщить мне ещё более ужасающую новость? – вздохнула ведьма, с любовью вглядевшись в измученное лицо гостя.
Неужели она видела его в последний раз? Неужели для них всё кончено? Окончательно и бесповоротно?!
– Да, – с грустью кивнул гость. – Они привели оборотней и вампиров, одарив их защитными магическими амулетами настолько огромной мощи, что мы не можем пробить их оборону.
Ведьма поморщилась, отвернувшись к закату, который постепенно становился кровавым. Как же низко пали завоеватели замка, если привели в бой бездушных тварей, некогда бывших людьми.
Оборотни – это не простые милые зверьки из сказок, а настоящие исчадия ада под три метра ростом, покрытые коричневой шерстью, с длинным носом и острыми клыками. Это волшебники, нашедшие клан оборотней и обратившиеся посредством добровольного укуса. Это твари, забывшие о жалости.
И чем дольше ты оборотень, тем ты сильнее, и тем реже принимаешь человеческий облик. Тем меньше у тебя людских эмоций.
Тёплые руки мужчины накрыли плечи смотрительницы. Она тяжело вздохнула, поняв, что иного выхода нет.
– Забери ребёнка, Олсен, – повернувшись к нему, проговорила девушка. – Я должна всё это исправить.
– Нет! Только не так! Давай это сделаю я! – в его глазах появился настоящий испуг. Он не был готов отдать любимую на суд этих бездушных существ.
– Ты же знаешь, что иного пути нет. Я должна сохранить замок, наследие магов. Чтобы у всех было место, куда они могли бы вернуться. Ты же знаешь о сотнях невинных, что живут за ледяным озером? К утру звери доберутся до них, если я их не остановлю.
– Но… – ведьма накрыла его рот своей миниатюрной ладошкой.
– Не надо, прошу. Я активирую артефакт, за которым они охотятся. Пускай я погибну, но остальные будут жить. Спаси ребёнка. Боюсь, нашему чаду уготована судьба ничуть не лучше моей.
– И как ты себе это представляешь? – его хмурый взгляд пронизал насквозь. Он молча поцеловал ладонь девушки.
– Затеряйся в толпе. Спрячь в приюте для не-волшебников. Укройся от магических глаз. Стань сам не-волшебником. Вариантов масса, – равнодушно пожала плечами смотрительница.
Её судьба была предрешена, и только теперь она смирилась с этой вопиющей несправедливостью. Она знала, что отец хорошо позаботится об их общем ребёнке.
– Ты думаешь, это хорошая идея? – мужчина был настроен решительно, и ему всё это жуть, как не нравилось.
– Я не считаю, что всё, что происходит сейчас – хорошо, – отрицательно покачала головой ведьма. – Но у меня нет выбора. И у тебя тоже.
– Если я это сделаю, как ребёнка потом найдут? Ему ведь тоже придётся обучаться в университете тайн, а затем возглавить его. Как ты себе всё это представляешь? – Олсен осыпал её вопросами, пытаясь хоть как-то отговорить от сумасшедшей идеи.
– Нет времени спорить, – покачала головой она. – Хорошо, что мы с месяц назад провели обряд по защите наследника магии. Орден защиты отыщет его, когда придёт время и ничего не будет угрожать силам магии. Пожалуйста, послушай меня, Олсен, – в её глазах была мольба. – Ты знал, на что шёл, когда связывал свою судьбу со мной.
