— Зачем? — удивилась мало ещё понимающая в некоторых тонкостях Микаэль.
— Дедушке пожалуется, — хмыкнула Герда, вручая малышке кота. — А дедушки они такие, ради проказниц-внучек горы свернут. Никто не рискнёт связываться. Когда есть дедушка, никто не обидит. Филиппа, на выход.
Из приятного в это утро была только просьба возницы оставить его при себе. Он был нанят четыре года назад специально для нужд леди Дианы. И раз она покинула столицу, то его скорее всего рассчитают. Человеком сорр Берди был одиноким, в столице его никто не ждал. И после увольнения ему предстояло искать и жильё, и работу. А раз в пансионе положенного возницы и экипажа не стало, то он был бы рад занять это место. Да и нам мужские руки явно будут нужны по хозяйству. Обговорив с ним, что жалование останется прежним, я радостно поставила для себя галочку в вопросе поездок и подвоза необходимого. И вернулась в нашу новую спальню.
— Нам нужно организовать девочке отдельную постель, — озадачила я Мальту. — Девочки, завтрак придётся подождать.
— Чего его ждать? Овсянку сейчас сварю. А пока пусть идут в класс и занимаются рукоделием. Дезька потом все эти салфетки и платки продавала, брали их неохотно, но всё же какой-никакой грош да падал. Так что есть чем занять, чтобы под ногами не мешали. И не заразятся заодно. — Сообщила мне Мальта. — А то трясутся все, как листва на осине!
— Я не боюсь заразиться, — Лика и правда была рядом с заболевшей и старалась её напоить.
— Так может ты уже, просто не почуяла пока, — вздохнула Мальта.
— Тогда поможешь присматривать за Джули до приезда лекаря? — спросила я у Лики.
— С чего это ты вызвалась что-то для других делать? — прищурилась Мальта.
— Показать, что сильнее, что ничего не боится. И посмотреть, чего сможет добиться леди. Снимут ли по моему требованию ошейник, и если да, то как это будет происходить. Я права? — делать вид, что не понимаю мотивов Лики, я не собиралась, да и некогда мне было играть в детские интриги.
— Правы, — вздëрнула нос Лика.
— Ну, хоть не врëшь, уже хлеб. — Кивнула я. — В данный момент я могу на тебя рассчитывать, Лика?
— Можете, леди, — кивнула ершистая девица.
Тон её был серьёзен, словно она заключала со мной договор. Возможно, это был намёк. Я почувствовала, что кажется нащупала ту тропу, по которой можно выйти к взаимопониманию с этой девушкой.
Мальта быстро разогнала всех вокруг. Отчиталась, что старшие и средние по возрасту сидят за шитьём, младшие при них.
— Ваш кот под присмотром Эльки, ну, или она под его. Я на кухню, — отчиталась мне Мальта.
Познакомилась я и с Пьером. Мужчине велела прийти Мальта. Я заметила упавшую дверь в пустое помещение, и решила, что вполне себе основа для кровати на одного человека. Всё равно ничего лучше, я найти не могла. Девочки спали в одной комнате, каком-то бывшем зале, с заколоченными окнами. На мешках! Обычные мешки, внутри которых было небольшое количество соломы! Не ваты даже. Про то, как тянуло сквозняками по этому полу, я даже озвучивать не стала.
Пьер был мужчиной в том возрасте, что уже считается почтенным, но силы ещё на убыль не пошли. Зато руки набрались опыта. Он быстро избавил полотно двери от лишних деталей. С одной стороны торчала ручка, и сохранился один штырь, который вставлялся в петли на косяке. Такой предшественник обычных дверных петлей.
Напротив организованных нами вчера кроватей были остатки каменной кладки. Сверху когда-то стояли котлы для кипячения белья, а снизу разводился огонь. Видно во времена последних владельцев, здесь пытались избавиться от «древности», разбирая всё, что считали не нужным или то, чем уже не пользовались. Вот только я всё больше удивлялась прозорливости и предусмотрительности Ланса Орливудского, строителя этого места. На его совести, как я думаю, было много всего. Но свой дом он продумал до мельчайших деталей. Или же это заслуга сосланной сюда жены его правнука? Подумать об этом можно будет и перед сном, а сейчас, именно эти остатки кладки мы использовали, как опору для двери. Получилось чуть высоковато, но зато отдельная кровать. Я застелила матрас и подушку, Пьер перенёс Джули на кровать. После его ухода Лика помогла переодеть Джули в свежую ночную рубашку. Та, что была на ней, совершенно промокла.
— В приёмном зале, где сидят лорды, когда выбирают себе младших жён четыре окна, на каждом две тяжёлые бархатные занавески. Получается, что их восемь, как кроватей, — сказала Лика.
— Их будет сложно снять? — нахмурилась я.
— Нет, каждая держится на шнурке, привязанном с одной стороны, если его отвязать, то шторы падают. Их стягивают со шнурка, стирают, а потом снова нанизывают на шнурок и натягивают. — Описала всю процедуру девушка. — Можно будет закрыть кровати, как покрывалами.
— И комната приобретёт вполне достойный вид, — кивнула я. — Действуй.
