Сказка есть сказка. В каждой сказке обязательно должны быть добрые феи и злые волшебники. Действуют они и в сказках В. Каверина. И все-таки это совсем особенные сказки, потому что их главные герои — Таня, Петька, Настенька, Митя и Маша — обыкновенные советские дети. Чтобы совершить добро и победить зло, часто совсем не нужно вступать в борьбу со сказочными чудовищами. Для этого достаточно лишь избавиться от своих собственных недостатков. А недостатки у героев сказок В. Каверина обыкновенные, как у всех детей. Петька — трусоват и рассеян, Митя — хвастлив и не всегда вежлив, а девочка Таня болтлива и слишком часто смотрится в зеркало, — редкая девочка не обладает этими недостатками! Чего только не бывает в сказках! Маленьким героям приходится переживать множество опасных и забавных приключений. Митя, чтобы спасти свою сестру, даже отправляется в коричневую Кощееву страну. Но основное действие сказок В. Каверина происходит в наши дни, в нашей стране, в Москве или Ленинграде. Конечно, детям помогают взрослые. Лекарь-Аптекарь, Ученый Садовод, Веселый Трубочист, Мастер Золотые Руки, Пекарь, дядя Костя — это хорошие советские люди, иначе они, без сомнения, не беспокоились бы так сильно о том, что Снегурочка весной должна растаять, а Таня Заботкина не достанет вовремя волшебное лекарство для своего тяжелобольного отца. «Три сказки и еще одна» В. Каверина — добрая, умная книга. Ее, улыбаясь, прочтут и взрослые и дети.
В пионерском лагере появился новый воспитатель. Ничего особенного, обыкновенный воспитатель! Конечно, большая черная борода придавала ему странный вид, потому что она была большая, а он маленький. Но дело было не в бороде! Если бы дело было в бороде, сказка так и называлась бы.
В этом пионерском лагере был один мальчик. Его звали Петька. Потом там была одна девочка. Ее звали Таня. Таня была храбрая. Все говорили ей, что она храбрая, и это ей очень нравилось. Кроме того, она любила смотреться в зерка ло, и хотя каждый раз находила там только себя, а все-таки смотрела и смотрела.
А Петька был трус. Ему говорили, что он трус и как ему не стыдно, но он отвечал, что зато он умный. И верно: он был умный и замечал то, что другой и храбрый не заметит.
И вот однажды он заметил, что новый воспитатель каждое утро встает очень добрый, а к вечеру становится очень злой. Это было удивительно! Утром ты хоть что у него попроси- никогда не откажет! К обеду он был уже довольно сердитый, а после мертвого часа только гладил свою бороду и не говорил ни слова. А уж вечером!.. Лучше к нему не подходи! Он сверкал глазами и рычал.
Конечно, ребята пользовались тем, что по утрам он добрый. В реке сидели часа по два, стреляли из рогатки, дергали девочек за косы. Каждый делал, что ему нравилось. Зато уж после обеда — нет! Все ходили смирные, вежливые и только прислушивались, не рычит ли где-нибудь «Борода», — так его прозвали.
А некоторые нечестные ребята, которые были ябеды, те ходили к нему жаловаться именно вечером, перед сном. Но он обыкновенно откладывал наказание на завтра, а завтра уже вставал добрый-предобрый. С добрыми глазами, добрыми руками и с доброй длинной черной бородой!
Это была загадка! Но это была еще не вся загадка, а только половина.
Петька очень любил читать; должно быть, поэтому он и был такой умный. И вот он повадился читать, когда другие ребята еще спали. Вы-то не делайте этого, дети, потому что в постели читать очень вредно! Но Петька читал — ему было все равно, что это вредно.
И вот однажды, проснувшись рано утром, он вспомнил, что оставил свою книгу в читальне. А читальня была рядом с комнатой Бороды, и, когда Петька пробегал мимо, он подумал, что очень интересно: а какой Борода во сне? Злой или добрый? Кстати, дверь в его комнату была открыта, не очень, а как раз, чтобы заглянуть. И Петька подошел на цыпочках и заглянул.
Знаете, что он увидел? Борода стоял на голове! Пожалуй, можно было подумать, что это утренняя зарядка. Но все-таки это не было похоже на утреннюю зарядку, потому что Борода постоял немного, а потом вздохнул и сел на кровать. Он сидел очень грустный и все вздыхал. А потом — раз! И он снова стал на голову, да так ловко, точно это было для него совершенно то же самое, что стоять на ногах. Вот это действительно была загадка!
Конечно, Петька решил, что Борода прежде был клоуном или акробатом. Но зачем же ему теперь-то стоять на голове, да еще рано утром, когда на него никто не смотрит? И почему он так вздыхал и так грустно качал головой?
Петька думал и думал, и хотя он был очень умный, но все-таки ничего не понимал. На всякий случай он никому не рассказал, что новый воспитатель стоял на голове, — это была тайна! Но потом не выдержал и стал думать:, кому бы все-таки рассказать? И. рассказал Тане.
Конечно, Таня сперва не поверила.
— Врешь, — сказала она.
Она стала хохотать и украдкой посмотрела на себя в зеркальце: ей было интересно, какая она, когда смеется*
— А тебе это не приснилось?
— Нет.
— Будто не приснилось, а на самом деле приснилось. Это бывает, что не сон, не сон, а потом оказывается — сон.
Петька дал честное слово, и тогда она поверила, что это не сон.
А нужно вам сказать, что Таня очень любила нового воспитателя, даром что он был такой странный. Ей даже нравилась его борода. Он часто рассказывал Тане разные истории, и Таня готова была слушать их с утра до ночи.
И вот на другое утро — весь дом еще спал — Петька и Таня встретились у читальни и на цыпочках пошли к Бороде. Но дверь была закрыта, а через замочную скважину они ничего не увидели, только услышали, как Борода вздыхает.
А нужно вам сказать, что окно этой комнаты выходило на балкон, и, если влезть по столбу, можно было увидеть, стоит Борода на голове или нет. Петька струсил, а Таня полезла. Она влезла и посмотрела на себя в зеркальце, чтобы узнать, не очень ли она растрепалась. Потом на цыпочках подошла к окну, да так и ахнула: Борода стоял на голове!
Тут уж и Петька не выдержал. Он хотя был трус, но любопытный, а потом ему нужно было сказать Тане: «Ага, я тебе говорил!» Вот влез и он, и они стали смотреть в окно и шептаться.
