— Это только сейчас пришло нам в голову. Сообщили отцу. Сначала думали, что это просто реакция на изменение гравитации — обычное явление для прибывающих на Луну людей. Мы не стремились создавать земную силу тяжести, как на спутнике мистера Балеро, Земле Винни-Пуха. Как вы знаете, это не так просто. — Она слегка улыбнулась. — Его доставят к вам чуть позже, сегодня вечером. А вы подозревали что-нибудь дурное?
— Подозреваю, — сказал Барни, — что Лео сейчас вовсе нет на Луне. Подозреваю, что он на земном спутнике, называемом Сигма 14-Б, который принадлежит вашей фирме. Или не так? И то, что мы найдем в больнице вашего поместья, будет совсем не Лео Балеро.
Рони взглянула на него.
— Можете сами убедиться, — твердо сказала Зоя. — Это Лео Балеро. Во всяком случае, насколько я знаю. Он прибыл сюда с газетными репортерами.
— Я приеду в поместье, — сказал Барни. И понял, что сделал ошибку. Это предсказала ему способность ясновидения. Рони Фьюгет вскочила в дальнем конце кабинета, сурово глядя перед собой. Она тоже уловила это своей способностью. Отключив видеофон, он обернулся к ней:
— «Служащий П.П.Лайотс совершает самоубийство!» Правильно? Или что-то в этом духе. Утренние газеты.
— Точнее говоря… — начала Рони.
— Мне нет дела до точных слов.
Тело человека нашли днем на пешеходном скате. Он умер от чрезмерной дозы солнечной радиации. Где-то в деловой части Нью-Йорка. На нем лежало клеймо организации Элдрича.
Будет лежать. Это он мог предвидеть и без ясновидения. С некоторых пор он не' желал действовать по подсказке.
То, что так сильно взволновало его, было выхвачено со страницы газеты: крупным планом — сожженное солнцем тело, его тело.
В дверях кабинета он остановился.
— Ты не должен идти, — вымолвила Рони.
— Да. «Лео, решил он, пусть позаботится о себе сам». — Возвратившись к столу, он сел.
— Проблема теперь в том, — сказала Рони, что, если он вернется, будет довольно трудно объяснить ситуацию. Что бы ты ни сделал.
— Я знаю. Но ведь проблема не только в этом. Собственно, это будет только исходом.
— Потому что Лео, возможно, не вернется.
Глак вцепился в лодыжку и попытался выпить его. Он пронзил его плоть тонкими трубочками-хоботками. Лео Балеро вскрикнул, и вдруг рядом оказался Палмер Элдрич.
— Ты ошибся, — сказал Элдрич. — Я не нашел Бога в системе Проксимы. Но я открыл кое-что получше.
От ткнул тростью в глака. Тот отдернул свои хоботки, вобрал их и отпустил Лео. Лео помчался прочь, а Элдрич все тыкал и тыкал тростью.
— Господь, — проговорил Элдрич, — только обещал вечную жизнь. Я способен на большее. Я могу тебе ее подарить.
— Как подарить?
Ослабев и дрожа от волнения, Лео опустился на поросшую травой землю и перевел дыхание.
— С помощью лишайника, который мы продаем под названием Чу-Зет. Он мало чем отличается от вашей продукции, Лео. Кей-Ди устарел. Что он дает? Несколько мгновений спасения — и все. Ничего, кроме воображения. Кто этого захочет? Кому это нужно, когда они могут получить у меня подлинный мир?
— Сомневаюсь. И если ты воображаешь, что люди будут платить шкурки за приключения, вроде этого, — Лео указал на глака, который опять затаился поблизости, — тогда ты не только лишился своего тела, но и разума тоже.
— Особая ситуация. Чтобы доказать тебе, насколько здесь все подлинное. Глаки совершенно ясно доказали, что они не фантазия. Они могли действительно убить тебя. И если бы ты здесь умер, то так оно и было бы. А с Кей-Ди все по-другому — Элдрич явно наслаждался ситуацией. — Когда я открыл лишайник в системе Проксимы, то сначала даже не поверил. Я прожил, Лео, уже сотню лет, потому что я принимаю Чу-Зет в системе Проксимы. Я принимал его в таблетках и внутривенно. Я сжигал и втягивал в себя дым. Готовил водный раствор, кипятил его и вдыхал пары. Я испытывал и пробовал его во всех вариантах, и он мне не причинил ни малейшего вреда. Действие на Проксимианцев значительно слабее, совершенно не похожее на то, что он делает с нами. Их он возбуждает меньше, чем лучшие сорта табака. Хочешь послушать дальше?
— Не очень.
Элдрич опустился рядом, сложив свои искусственные руки на колени и стал лениво покачивать тросточкой из стороны в сторону, изучая глака.
— Когда мы вернемся в наши прежние тела, — отметь, мы пользуемся словом «прежние», термин, который не употреблялся для Кей-Ди, — ты обнаружишь, что время будто остановилось. Мы могли бы находиться здесь сотни лет, а оно оставалось бы прежним. Мы вновь возникнем в поместье на Луне и поймем, что ничего не изменилось. И любой, наблюдавший за нами, не заметил бы ни потери сознания, как при употреблении Кей-Ди, ни транса, ни оцепенения, ни подрагивания ресниц. Разорванное мгновение.
— А от чего зависит время пребывания здесь? — спросил Лео.
— Наше отношение к этому и желание. Отнюдь не количество наркотика. Мы можем вернуться, как только пожелаем. Так что доза Чу-Зет необходима только…
— Это неправда. Ведь я сразу хотел убраться отсюда.
— Но ведь, — проговорил Элдрич, — не ты создал это хозяйство, а я. И оно мое. Я сотворил и глаков, и этот пейзаж…
Он обвел вокруг тростью.
